Онлайн книга «Вернуть жену любой ценой»
|
Ненавижу эту цифру. Пять – мера, оценка, как в школе, как в универе, как в жизни, где я привык все мерить: успех, деньги, власть. Нас этому учат с мальства! Но что толку? Грудь сжимается, будто кто-то затянул ремни, и я делаю глоток бурбона. Горечь скользит по языку, но она ничто по сравнению с тем, что внутри. Пустота. Тяжелая, как бетон. Дед и бабушка – вот моя первая семья. Они научили меня держать удар, не ныть, идти вперед, переть как паровоз. И я пер. Но потом появилась Ада. Она научила меня любить. Верить. Беречь. Ее смех, ее руки ласковые и заботливые, ее глаза, которые смотрели на меня, как будто я был всем. Я дышал ею. Мы строили планы, мечтали о большой семье, дом планировали построить… Но я все просрал. Своими руками поломал, разбил, уничтожил. Я убил нашего сына. Убил женщину в ней. Убил все. Кто я теперь? Я – убийца. Плечи напрягаются, когда я стискиваю стакан. С такой силой, что вот-вот и оно так, затрещит. Я отпустил ее тогда, пять лет назад, потому что так было правильно. Ей без меня лучше. Я ничтожество и женщины рядом со мной долго не живут. Август. Черт возьми, опять август. Месяц, когда все рушится. Месяц, когда я потерял ее, сына, себя. Я ненавижу август. Отпиваю бурбон, и он обжигает, но не заглушает кипящие эмоции. Ничто не заглушает. После развода я жил, как робот. С утра душ, пробежка. Работа до ночи. Ужин от тети Веры, который я редко когда доедал, потому что кусок в горло не лез. Квартира всегда встречает мертвой тишиной. Никаких постоянных отношений. Никакой привязанности. Я по накатанной строил бизнес, скупал земли, подписывал контракты, но каждый раз, закрывая сделку, я смотрел в пустоту. Некому посвятить. Некому показать. Победа? Какая, к черту, победа? Это пшик. Бесконечная гонка за чем-то и к чему-то. Пальцами сжимаю сигарету, пепел падает на брюки, и я даже не шевелюсь, чтобы его убрать. Похрен. Суррогатное материнство…Я знал, что это неправильно. Знал, что Ада взбесится. Дед со своими гениальными идеями решил, что мне нужен наследник. Смысл в жизни мне захотел подсветить. А я и представить не мог, что у меня будет ребенок от какой-то посторонней женщины. Ада. Если бы я и хотел ребенка, то только от нее. Никакая другая женщина не может быть матерью моих детей. Вот такой парадокс… “Ты украл мой выбор!” Ада права. Я эгоист. Я всегда был эгоистом. И я знал как она отреагирует. Смотрела на меня как на больного. Огромными изумленными глазами сканировала. Ответы искала, но я их дать не мог и не могу. Нет у меня их. Единственно о чем жалею, что узнала не так как я планировал. Я тушу сигарету, и пепельница звякает о стол, как мои нервы. Ада сейчас у себя дома, наверное, ненавидит меня еще больше. "Ты больной!" Да, больной… А мои губы все еще помнят тот поцелуй в машине – резкий, отчаянный, как бросок в пропасть. Я хотел этого пздц как. Просто… в тот момент не знал как ее истерику унять. Раньше действовало. А сегодня… думал, что по морде получу. С такой ненавистью она на меня посмотрела. Бурбон заканчивается, и я ставлю стакан на стол. Пустота внутри не уходит. Она только растет, как трещина в пересушенной земле. Поздно, на все вопросы ответ один: поздно. Руки дрожат, когда я встаю и иду к перилам. Море вдали шумит, набережная гудит туристами. А я мертвый. Внутри и снаружи… Потому что знаю, что завтра она снова посмотрит на меня, как на врага. И может решить уйти от меня. |