Книга Поверенная изгнанных жен. Дракон, увидимся в суде!, страница 58 – Ангелина Сантос

— Видели ли вы до настоящего дела материал Орвена Роверна о повторном нагреве печатей?

— Да. Двенадцать лет назад он показал мне две страницы чернового заключения.

— Что на них было?

— Описание двойного края после узкого нагрева, способ холодного проявления и три номера старых решений. Полного опыта, контрольных образцов и подписи второго специалиста я не видел.

— Вы сообщили комиссии о существовании черновика?

— Нет.

— Почему?

— Семейный совет считал, что материал вызовет массовый пересмотр частных клятв. Мне сообщили, что выступление будет признано нарушением долга хранителя и приведет к потере должности. Я согласился с доводом о недостаточности черновика и выбрал молчание.

— Вы знали, что архивы отказали Орвену в образцах для полного опыта?

— Узнал через месяц.

— Изменили позицию?

— Нет.

— Присутствовали при дисциплинарном слушании?

— Находился в архивной комнате этажом ниже и слышал вызов свидетелей. В зал не поднялся.

Савина сидела неподвижно. Я смотрела на Аду, чтобы не превратить публичное признание в разговор между мной и Ранаром. Его слова предназначались суду. Только так они могли исправить хоть часть старого молчания.

— Получали ли вы выгоду от решения комиссии? — спросила Ада.

— Сохранил должность и семейное содержание. Помолвка с Элиной Роверн была отменена. Материальной выплаты не получал.

— Почему сообщаете сейчас?

— Обнаруженный индекс ОР-312 и способ обработки печати Савины совпадают с описанием Орвена. Мое прежнее молчание относится к вопросу, когда дефект стал известен архивам и Палате.

Нейл получил право на вопросы.

— Вы возобновили личные отношения с поверенной Роверн?

— Был один поцелуй после описи в Ристе. Иных обещаний нет.

— Хотите вернуть ее расположение?

— Да.

В зале снова перестали двигаться перья. Я не ожидала прямого ответа.

— Значит, ваши показания заинтересованы?

— Мое желание не меняет дату черновика и факт моего отсутствия в зале. Суд может проверить их по реестрам.

— Вы готовы обвинить тетку, чтобы понравиться женщине, которую бросили?

— Я не обвиняю Аделу в вопросе, о котором меня спрашивают. Сообщаю свое действие.

— Вы называете его трусостью?

— Да.

— Это нравственная оценка, не факт.

— Факт в том, что я знал о черновике, имел возможность выступить и не выступил. Оценку суд может исключить.

Карр указала секретарю оставить фактическую часть. Нейл больше не задавал вопросов.

Ада подала запрос на зарегистрированный материал комиссии Талена. Королевский архив уже нашел запись по угловому штампу. Черновик Орвена поступил четырнадцатого числа двенадцать лет назад, его принял секретарь комиссии Мейр. Материалу присвоили временный номер, затем перенесли в раздел «неподтвержденные технические сообщения». При дисциплинарном рассмотрении этот раздел не запросили.

— Почему не выдали автору регистрационную расписку? — спросила Карр архивного служащего.

— В карточке стоит отметка «доставлено через комиссию». Расписку получил секретарь Мейр.

— Он жив?

— Умер пять лет назад. Его служебные журналы сохранены.

— Кто имел доступ к разделу?

— Председатель комиссии Тален, секретарь Мейр и главный регистратор королевского архива.

Тален пришел на заседание как глава Палаты, хотя вопрос касался старой комиссии. Он заявил, что предварительная запись не означает достоверности материала.