Книга Поверенная изгнанных жен. Дракон, увидимся в суде!, страница 61 – Ангелина Сантос

К вечеру семейный совет Вейров прислал Ранару требование вернуть ключи от внутренних счетов и отказаться от полномочий по текущему делу. Он исполнил первую часть, вторую передал судье: как хранитель оригинала оставался обязанным обеспечивать сохранность, пока совет не назначит законного заместителя.

— Они снимут тебя? — спросила я в коридоре после заседания. Ада стояла достаточно близко, чтобы разговор не нарушал порядок комиссии.

— Готовят голосование. Для немедленного снятия нужно пять голосов из семи. У Аделы четыре.

— Ты мог передать заверенную копию вместо всего журнала.

— Мог. Тогда Нейл утверждал бы, что я выбрал только удобные строки.

— Теперь он утверждает, что ты раскрыл чужие дела.

— Суд закрыл журнал. Его аргумент проверен.

— А твое желание вернуть мое расположение?

Он посмотрел прямо на меня.

— Оно существует.

— Ты мог ответить уклончиво.

— Мог. Но тогда весь мой допрос о честности начался бы с новой полуправды.

Ада кашлянула.

— Личную часть продолжите после восстановления лицензии. Сейчас мне нужен хранитель для акта передачи.

Ранар немедленно вернулся к столу. Я осталась в коридоре с копией отчета.

Акт передачи занял еще час. Временным представителем рода назначили Нейла, но ключ от опечатанного футляра оставили у Ранара: смена держателя потребовала бы новой проверки всех пломб, а суд не увидел срочной причины. Совет получил право присутствовать при каждом открытии, без права менять перечень действий.

После подписания Нейл передал Ранару решение семейного совета. Я не просила показать личный документ, однако он сам отдал копию Аде как материал о возможном давлении на свидетеля. Совет приостанавливал его участие в распределении доходов, отзывал служебную карету и требовал освободить жилые комнаты в родовом доме в течение семи дней. Формально должность хранителя сохранялась до отдельного голосования.

— Это содержание за службу или семейная доля? — спросила Ада.

— Служебное содержание и жилье, — ответил Ранар. — Личная доля в наследстве остается.

— Решение принято после вызова на показания?

— Сегодня в четырнадцать десять. Мое заявление закончилось в двенадцать сорок.

— Приобщу как возможное давление. Вы сами этого хотите?

Ранар прочитал последнюю страницу еще раз.

— Да. Но прошу не утверждать, что совет лишил меня денег за правду, пока они не объяснят основание. В решении написано «утрата доверия к управлению закрытыми сведениями».

Даже сейчас он не просил сделать из него жертву. Ада указала в приложении только время и последствия.

Когда документы приняли, мы вышли во двор Высокого суда. Тесса ушла вперед с копиями, Савина поехала на встречу с Мирой. Ада задержалась у канцелярии. На несколько минут мы с Ранаром остались вдвоем, но разговор все еще подчинялся ограничениям комиссии.

— Где ты будешь жить? — спросила я.

— Пока у меня семь дней. Потом сниму комнаты.

— Твоя личная доля позволяет?

— Да. Я не останусь без еды и крыши. В решении совета важнее доступ и доход, чем бытовая угроза.

— Ты заранее знал, что они так ответят?

— Ожидал ограничения. Не знал форму.

— И все равно принес весь журнал.

— Если бы принес одну страницу, Нейл имел бы законное основание сомневаться в выборке. Я дал бы ему правильный аргумент ради сохранения удобства.