Книга Ведьма сладкой деревни, страница 98 – Марин Сэнгель

Мелюзина – или то, что от неё осталось, – издает леденящий душу вой. В лицо бьет её трупное дыхание.

Если бы я только могла…

Но я не заканчиваю мысль. Её когти в нескольких сантиметрах от моего лица. Сейчас сомкнутся, и тогда…

— Нет! – раздается крик.

Туман тут же рассеивается.

Вместо него всё вокруг заполняют золотые искры. Они увеличиваются в размерах, соединяясь в ослепительный шар, который разрастается все больше, прогоняя Её Теней. Я не понимаю, что происходит, но Мелюзина, видимо, да. Её лицо заливает свет, и ведьмин стон перерастает в яростный крик, который становится всё громче и громче. Продолжая гневно реветь, Она тянет ко мне свои когти, пытаясь меня поймать. Но что-то отдаляет, утягивает её прочь от меня. С запозданием я понимаю, что меня с силой хватает кто-то сзади. Вскрикиваю от неожиданности и крепче сжимаю решетку. Чувствую, если отпущу – мне конец.

В тот самый миг, когда я вцепляюсь в решетку с безумной силой, я слышу шаги. Справа от меня возникает изящная фигура.

— Отпусти ворота, Майя, – приказывает чей-то голос.

Он мягкий. Тёплый.

В груди разливается облегчение, я узнаю Матушку. Поднимаю глаза и вижу её: гордая, безупречная в своем привычном синем, как ночное небо, платье. Её изумрудные глаза будто улыбаются мне. Я, должно быть, сплю. Директриса Литлвуда здесь, передо мной. На кончиках её пальцев я замечаю странное свечение и теперь понимаю, кто создал золотые искры и световой шар.

— Матушка… – выдыхаю я едва слышно.

— А теперь позволь.

Матушка уже не смотрит на меня. Её внимание приковано к Мелюзине, а тем временем меня снова кто-то хватает за талию.

— Майя, отпусти решетку! – раздается крик за моей спиной.

Крёстная с силой тянет меня назад. Она вернулась. Это она, должно быть, предупредила Матушку. Она не бросила меня, как я думала.

Ей кто-то помогает. Вдвоем им удается оторвать меня от ворот. Один за другим мои пальцы разжимаются. Я не оборачиваюсь, чтобы посмотреть на Крёстную. Я слишком ошеломлена разворачивающейся передо мной сценой.

Мелюзина разевает рот так широко, что её губы буквально разрывают лицо пополам.

— Серафи-и-ина, – произносит она недовольно. – Она моя!

Каждое её слово пропитано гневом.

— Это мой ребенок, – поправляет её Матушка с удивительным спокойствием. – И тебе здесь нечего делать.

Мне так хочется подняться и обнять её. Помочь Матушке. Может, если бы я дала ей мелок, она смогла бы использовать его силу… Я хочу подойти к ней. Но меня от неё уводят.

— Крёстная, подожди… – пытаюсь сказать я.

Но меня не слышно. Голос слишком ослаб.

— Назад! – в тот же миг командует Серафина.

— Майя, пойдем с нами! – умоляет кто-то у самого моего уха.

Этот голос я не узнаю. Но в конце концов Крёстная и тот, кто её сопровождает, затаскивают меня в золотистый круг. Вокруг нас продолжают вспыхивать искры. Как только я пересекаю эту магическую границу, я оказываюсь во дворе Литлвуда.

Я теряю дар речи. Над головой – чистое голубое небо, в то время как по ту сторону ворот оно затянуто чёрными тучами. Тени исчезли, но Мелюзина всё ещё там.

— Ты в безопасности, – облегченно шепчет Крёстная. – Принеси одеяло, она напрочь продрогла.

Обращается к кому-то другому. Слышу быстро удаляющиеся шаги.

— Матушка… – бормочу я. – Я должна помочь… должна…