Книга Сеанс в Преисподней, страница 74 – Глеб Лютаев

Задав последний вопрос Рома, невольно вспомнил преследователя Алисы, который его увидел во сне, и мужчину проняла неприятная дрожь.

«С чего бы вдруг?»

Вероника засияла, глаза её блестели от восторга. Спрятав выкрашенную прядь за ухо, она продолжила:

— О-о-о, ещё как успела. Я не просто дополнила, я принялась фантазировать и такого там натворила, что долго рассказывать.

— В смысле?

— Ну, как сказать? Фокус с шариком оказался слишком лёгким, и тогда я вставила в фойе розовый мерседес, потом посадила за руль известного певца, отправила машину лететь вверх, присобачив к её крыше огромный воздушный шар.

У Ромы глаза полезли на лоб от услышанного.

— Ты испытывала трудности, создавая эти образы?

— Нет, всё, что приходило в голову, тут же появлялось.

«Невероятно».

Когда Рома узнал о своих способностях, ему пришлось изрядно попотеть, чтобы научиться вытворять такие трюки, которые его дочь выполнила в свой первый пусть и не сеанс, но, так сказать, творческий процесс.

— И шарик не исчез. Это я про твой второй вопрос. – Ника замешательства отца не заметила, слишком была увлечена своим рассказом. – И, к слову, меня никто не видел, кроме самой Алёны. Все, кто попадался во сне, были похожи просто…

— На ботов? – подсказал Рома.

— Точно, пап! Как все эти боты в ГТА. Они ходили мимо, словно меня и не было рядом. Единственное, что я не поняла: видела меня сама Алёна или нет? Но она, в принципе, не смотрела в мою сторону. Как думаешь, пап? Видела?

Рома слышал последний вопрос словно эхо.

— А? Что?.. Да, Ник, думаю, видела.

Ника задумалась, а потом с рвением, достойным восхищения, принялась расспрашивать отца.

— Пап, ты говорил, что увлекаешься снами. Расскажи, тебе попадались подобные случаи? Ты читал о чём-нибудь похожем на мою способность?

«Всё-таки придётся».

Рома глубоко вдохнул тёплый воздух, выдохнул, доел остатки вафельного стаканчика и рассказал.

Он поведал Нике историю своих похождений по снам других людей. Начиная с того дня, как впервые обнаружил способность проникать в их сновидения, и заканчивая тем, как начал на этом зарабатывать и как столкнулся с необычайно стойким сном Алисы. Умолчал лишь о том, что увидел в первом погружении в чужой сон и о том, как на последнем сеансе бот из сна девушки (который ботом вовсе не казался) увидел его, Рому, и умудрился помешать.

Ника выслушала рассказ почти не перебивая. К концу повествования, казалось, повзрослела лет на пять. Такой у неё был понимающий вид.

— Па-ап… – сказала она, выдержав паузу. – Почему ты мне об этом раньше не рассказывал?

Рома хмыкнул, подняв руки, будто собирался сдаться в плен.

— Потому что и подумать не мог, что ты унаследуешь эту способность от меня. К тому же ты была слишком мала.

— Это было давно.

— Ника, для меня ты всегда будешь мала, хоть тебе пятнадцать, хоть тридцать. Потом поймёшь.

Девочка замолчала. Рома почувствовал прилив тёплых чувств.

«Похоже, отцовская любовь к дочери может растопить самое чёрствое мужское сердце».

Минуту спустя последовал бесконечный поток вопросов, и Рома предложил прогуляться по набережной. Казалось, Ника не знала, как остановиться, и по ходу беседы фантазировала, что ещё можно натворить во сне с их способностями. Роме было весело, дочь заряжала его позитивом, но под ложечкой иногда подсасывало. Что-то его настораживало, не давало покоя, несмотря на позитивный день.