Книга Долг выполнен. Я ухожу, страница 47 – Анастасия Вежина

— Я в колхозе работал зоотехником. Галка — дояркой. Когда всё развалилось, решили своё дело начать.

— Не жалеете, что ушли из колхоза?

— Поначалу жалел. Зарплата была стабильная, пусть небольшая. А тут — сам себе хозяин, но и риск больше. То корма подорожают, то цены на молоко упадут.

— А сейчас как?

— Сейчас привыкли. Да и деньги лучше, чем в колхозе было. — Он прячет оставшиеся деньги в конверт. — А вы как, доктор? Говорят, семью сменили?

В посёлке все всё знают. Кто-то видел меня с детьми Ольги, кто-то с ней самой. Теперь обсуждают за чаем.

— Да, сменил.

— И как оно — с чужими детьми жить?

— Хорошо. Дети хорошие.

— А своя дочка как к этому отнеслась?

— Не очень хорошо.

Василий Петрович кивает понимающе.

— Трудное это дело — семью менять. Я вот Галку с восемнадцати лет знаю, сорок лет вместе. Привык уже, как к собственной руке. А вы начинаете заново, в зрелом возрасте.

— Ничего, справляюсь.

— Дай бог, дай бог. Только смотрите, не перетрудитесь. Слышал, подработки берёте. Оно, конечно, деньги никому не помешают, но здоровье дороже.

Собираю инструменты, прощаюсь. На улице уже темно, холодный ноябрьский ветер пронизывает насквозь. Сажусь в машину, еду к следующему пациенту.

По дороге думаю о словах Василия Петровича. «Сорок лет вместе, привык как к собственной руке.» А я не привык к Марине за двадцать пять лет. Или привык, но это стало проблемой, а не благом?

С Ольгой всё по-другому. Каждый день — открытие, каждый вечер — неизвестность. Интересно, но утомительно. С Мариной было предсказуемо — она всегда знала, что скажет, как поступит. Скучно, зато спокойно.

Может, Татьяна права — я пытаюсь заслужить любовь работой и деньгами? А что будет, если устану, если больше не смогу столько вкладывать?

К Антонине Фёдоровне приезжаю в половине девятого. Она местная пенсионерка, одинокая, живёт в маленьком домике на окраине. Давление скачет уже несколько лет, но в больницу ехать не хочет.

— Доктор, спасибо, что приехали! — встречает меня на пороге. — Голова так болит, думала, лопнет.

— Когда давление поднялось?

— Ещё утром почувствовала. Но думала, само пройдёт.

Измеряю давление — 180 на 110. Действительно высокое.

— Антонина Фёдоровна, таблетки принимали?

— Принимала, но не помогают. Может, старые уже?

Смотрю на упаковку — препарат просроченный на полгода.

— Нужны новые таблетки. И укол сделаю, чтобы быстрее подействовало.

Ставлю капельницу, жду, пока давление снизится. Антонина Фёдоровна рассказывает о своей жизни — муж умер пять лет назад, детей нет, живёт на пенсию.

— А вы как, доктор? Слышала, женились заново?

— Не женился пока. Просто… живём вместе.

— А сколько у неё детей?

— Трое.

— Ой, много. Наверное, тяжело вам — сразу трое приёмных.

— Справляюсь.

— А деньги как? Говорят, вы теперь подработки берёте, чтобы всех содержать?

— Подработки беру.

— Понятно. Оно и правильно — мужчина должен семью кормить. Только смотрите, здоровье не подорвите. У нас в посёлке один такой был — Михаил Степанович. Тоже вторую семью завёл, детей кормить надо было. Работал день и ночь, а в пятьдесят два года инфаркт случился.

— Что с ним стало?

— Умер. Остались две семьи без кормильца.

Неприятная история. Но я не Михаил Степанович. У меня здоровье крепче.

Давление снижается до нормы. Антонина Фёдоровна чувствует себя лучше.