Книга Коннемара, страница 21 – Николя Матье

Что ни говори, друзьям здесь всегда были рады. Буфет, набитый солеными хрустяшками, и бочка с холодным пивом в подвале тому подтверждение. И если обычно время приезда назначалось, то, кто когда отчалит, предсказать было сложнее.

— Надо же! – воскликнул хозяин поместья, отпирая ворота. – Какими судьбами?

Марко был великан с душой ребенка: такие уже в пятнадцать весят под сотню, но у них напрочь отсутствует соответствующий внешности темперамент. От одного взгляда на его добродушную физиономию в обрамлении кудрей Кристофа отпустило.

— Просто проезжал мимо и увидел твою тачку.

— Время аперитива, – заметил Марко.

— Да я ненадолго.

— Ты же только приехал.

— Ты один?

— Ну да.

Марко зарабатывал как шофер санитарной легковушки – колесил по дорогам за рулем белого «Пассата» с двумя синими звездами по бокам на максимальной скорости под музон Fun Radio в магнитоле. Круглый год он возил пациентов с почечной недостаточностью, лейкозников да стариков-диабетиков, нуждавшихся в высокотехнологичной помощи, в университетскую клинику Нанси. Он знал каждый клочок местных дорог, все самые дешевые заправки, все места, где висели радары. За все годы карьеры лишь один штрафной балл. И ни малейшего аварии с 2007 года.

— Что будешь пить?

— Ничего. Что и ты.

Друзья прошли через кухню, в которой ничто не менялось с тех пор, как ее обустроила мать Марко. На буфетном шкафу красовалась картина в наивном духе, изображавшая двух лесорубов у саней на склоне горы. На столе – ворох счетов и каталоги «Даксон».

— Пойдем-ка во двор, я приладил одну штуковину – ты офигеешь.

— Продрогнем же к чертям.

— Да ладно, пошли.

Марко взял из холодильника два пива, прихватил фисташек, и они вышли на террасу, защищенную от ветра идущим поверху балконом. Там Марко установил два вертикальных обогревателя-зонта и новую садовую мебель. Он включил агрегаты – и друзья словно перенеслись в Бразилию.

— Ну и жарень, а? – воскликнул здоровяк, светясь от счастья. – С этой штуковиной при желании и на Рождество можно барбекю забацать.

— Ну ты дебил, – сказал Кристоф сквозь смех и затянулся электронкой. – Жрет небось немерено.

Марко причмокнул – другой пожал бы плечами, – и они уселись на пластиковые стулья.

— Будем.

— За тебя, малыш.

Оба сделали по большому глотку пива и какое-то время просидели ничего не говоря, наслаждаясь теплом и тишиной. Потом Марко поднялся и включил фонари – они осветили лужайку, пышные кроны деревьев, а в нескольких метрах стала видна натянутая веревка с висящими на ней прищепками.

— Зырь сюда!

Марко притащил стоявший в углу карабин с пневматикой и прижал к плечу. Раздался тихий глухой щелчок – и одна из прищепок быстро-быстро завращалась на месте.

— А-а, зашибись! – заорал в восторге Кристоф. Он отставил свое пиво, захотев тут же попробовать.

— Видал?

— Слушай, это же идея века!

Марко просиял. Он преломил карабин и, вставив новую пульку, передал его Кристофу. Тому понадобилось три выстрела, прежде чем удалось сбить с веревки одну прищепку, которая упала на траву к другим жертвам. Очевидно, Марко не первый день так развлекался.

— Как ты до этого додумался?

— Нашел в подвале карабин братишки. Честно, такой релакс после работы.

— Просто мечта.

И они продолжили охоту, стреляя по очереди; выпили еще по пиву, изредка обмениваясь репликами, в общем, веселились, как подростки. Они ведь знали друг друга со средней школы, и этот вайб ощущался до сих пор. Когда Себ Марколини очутился в их школе им. Луизы Мишель, Кристоф уже был салагой в команде, и именно он уговорил новенького пойти в хоккей. Однако в семье Марколини было трое пацанов, а жили все на одну зарплату отца – чернорабочего в детском саду где-то в центре города. Так что это родители Кристофа подкинули им деньжат на снаряжение для маленького Марко. Конечно, самое бюджетное, от «Арти», но это положило начало дружбе мальчишек.