Книга В тени королевы, страница 134 – Элизабет Фримантл

Она говорит негромко, мечтательно, словно рассказывает сказку.

— Когда я выйду за Хертфорда, – поправляю я.

Но этот брак кажется далекой, почти недостижимой мечтой. Мы не властны над собою. Здесь, при дворе, под властью королевы, мы словно в тюрьме. А теперь еще этот скандал – и наша с Хертфордом свадьба снова откладывается бог знает на сколько, и уже кажется, что нам до нее не дожить…

— Мышка, я все сделаю, чтобы вышло так, как ты хочешь!

Мы сидим кружком вокруг камина, в теплом золотистом мерцании свечей, с шитьем в руках. В другом конце комнаты негромко разговаривают Левина и мистрис Сент-Лоу. Хорошо, что Левина вернулась ко двору; без нее мне было совсем тяжко. Кэтрин куда-то пропала – интересно, куда? С самого обеда ее не видно. Обед был в полдень; сейчас только четыре часа, но во дворце уже темнеет – что поделаешь, осень. За окном слышится крик пролетающих гусей – его ни с чем не спутаешь; я поворачиваюсь к окну, однако ничего не вижу. Гуси летят в теплые края – значит, осень скоро сменится зимой. Дни становятся все короче, и в воздухе чувствуется дыхание близкой зимы. Впереди многомесячный холод и мрак – и сейчас кажется, что ему не будет конца. Заранее страшусь дня, когда станет слишком холодно, чтобы гулять; ведь сейчас прогулки по саду – для меня единственная возможность уединения. По-прежнему страшно не хватает maman: горе не стихает, боль такая острая, словно с меня содрали кожу – и вместе с maman я оплакиваю свою прежнюю тихую жизнь. Драгоценные минуты одиноких прогулок – единственные, когда я могу спокойно подумать о ней.

При дворе я ни на секунду не остаюсь одна. Вечно вокруг вьются и жужжат фрейлины: если не сплетничают о злоключениях Дадли, то обсуждают, кто за кого выйдет замуж, кто кому понравился, кто с кем целовался или мечтает поцеловаться… Тошно от них. Недавно мне исполнилось пятнадцать – вступила в брачный возраст: впрочем, в моем случае это горькая ирония. Но, по крайней мере, рядом сестра и Джуно, они не дают меня в обиду. Хотя Кэтрин в последнее время не до меня: при любом удобном случае, стоит королеве повернуться спиной, она норовит куда-нибудь улизнуть с Хертфордом.

Из внешних покоев выходит Сесил со своей свитой; с разных сторон к нему бросаются просители и пытаются привлечь его внимание. Он скользит по ним острым взглядом – кажется, что никого и ничего не упускает. В отлично скроенном дублете из черной парчи с затейливой вышивкой, с неброскими на вид, но дорогими мазками золота здесь и там – пряжка, кольцо, ряд пуговиц – Сесил выглядит лицемером; демонстративно скромный наряд лишь подчеркивает то нескрываемое торжество, с каким он смотрит на всех вокруг после изгнания Дадли.

Все мы поднимаем взгляды от шитья и провожаем его глазами; но он на нас даже не смотрит, пока не проходит через всю комнату, к дверям во внутренние покои королевы. Только там он поворачивается, окидывает нас, женщин, неторопливым взглядом, словно пересчитывает по головам, и скрывается за дверью. Словно злой дух в маскараде, исчезающий в клубах дыма! Он один из немногих, кого принимает королева после скандала с Дадли. Говорить об этом запрещено – хотя, разумеется, шепотом и по углам все только и обсуждают убийство, гадая, кто может за ним стоять. У меня нет сомнений, что это убийство, хоть официальная версия и гласит «несчастный случай». Люди Сесила ждут его снаружи, прислонясь к стенным панелям, бросают на женщин оценивающие взгляды, переговариваются вполголоса. Один подмигивает Леттис Ноллис, которая сидит со мной рядом.