Книга Золото, перина и ночная чертовщина, страница 30 – Флор Веско

Лорд Хендерсон покивал, как будто ему сообщили, что пошел дождь.

— Вы должны отвечать с чувством, – напомнила Садима.

— Ах да, простите! Это много?

Он делано изобразил, будто впечатлен. Садима вздохнула.

— Что ж, тогда вот вам пикантная сплетня, – начала она снова. – Уж здесь вы не промахнетесь. У миссис Джонсон родился первенец – представьте себе, через пять месяцев после свадьбы.

— Мои поздравления, – ответил лорд Хендерсон, всеми силами изображая радость.

Садима воздела руки к небу.

— Лорд Хендерсон! Это возмутительно!

— Ах да, разумеется! Зовите меня Адриан.

— Да ни за что в жизни!

Оскорбленная Садима вскочила. Чтобы она – она! – звала лорда с рентой в восемьдесят тысяч фунтов по имени! Довольно и того, что она ввязалась в эту совершенно невозможную беседу – и говорит с ним так, будто они ровня.

Лорд, казалось, был обескуражен таким горячим протестом. Видя его досаду, Садима решила сделать над собой усилие и испробовать еще одно средство.

— Переменим тему. Предлагаю сыграть в игру.

Лорд Хендерсон с любопытством подался вперед.

— «Правда или желание» – знаете? – спросила Садима.

Очевидно, игры он не знал.

— Сначала вы выбираете или желание, или правду. Передумывать нельзя. А потом или исполняете какое-то мое желание, или отвечаете на мой вопрос со всей откровенностью. Затем роли меняются.

— Понятно, – сказал он.

Садима часто играла в эту игру с Мэй, но без большого интереса. Мэй и так была открытой книгой, а выбрать «желание» она никогда не решалась. Сейчас же партия могла выйти прелюбопытная, и Садима надеялась что-нибудь выведать.

— Начнем с меня, – сказала она. – Я выбираю правду.

Она остерегалась того, что может пожелать юный лорд. Лучше было начать с правды. Если повезет, то он, играя впервые, спросит о чем-то простом и неважном. Про ее любимый цвет или лакомство.

Глаза лорда Хендерсона прощупывали ее. Рот растянулся в хищной улыбке. Уверенность Садимы пошатнулась.

— В таком случае вот про что я хочу знать правду, – сказал он. – Какой вопрос вы бы меньше всего хотели услышать от меня в следующий ход?

Великолепно. Садиме попался один из тех хитрецов, которые, когда им предлагают исполнить желание, просят еще желаний.

Правила она уже озвучила. Отступать поздно. Она произвела смотр своих потаенных секретов, которые ей не хотелось бы открывать юноше благородных кровей.

— Я бы не хотела, чтобы вы спрашивали меня, как я провожу здесь ночи и что делаю в постели, – проговорила она тихо, на одном дыхании.

Глаза у лорда сверкнули.

— Теперь вы, – тут же буркнула Садима. – Что выбираете: правду или желание?

— Желание.

Это, разумеется, совершенно не входило в ее планы. Садима многое хотела бы узнать про замок, про второе испытание, да и про первое тоже. Словом, на языке у нее крутилось множество разных вопросов. Но что за желание могла она загадать лорду?

— Я желаю, чтобы вы показали мне свою комнату, – сказала она.

Лорд Хендерсон, казалось, удивился. Но тут же жестом пригласил ее следовать за собой.

Они поднялись на самый верхний этаж. Лорд направился к лестнице, ведущей на чердак.

Садима сама не знала, чего она ждала. Может, еще одну странную кровать. Или подсказку, приоткрывающую тайну лорда Хендерсона, что-то вроде его стареющего портрета или стены, утыканной соединенными меж собою записками, слагающими хитроумный план мирового господства.