Книга Слова Королей и Пророков, страница 217 – Шона Лоулес

Сама я едва держалась на ногах. У меня тряслись руки, а сил оставалось не более чем на одного раненого. Кому же помочь? Вокруг лежали сотни воинов, которым не помешала бы моя помощь. Ах, вот бы здесь оказались остальные наши целители, которых Томас не выпускал из крепости!

Присев на камень, я прижала ладонь к сломанным ребрам незнакомого воина. Без моей помощи они бы непременно проткнули его легкое. Я исцелила его, не задаваясь вопросами, как его зовут и на чьей стороне он сражался.

Когда я снова встала, у меня подкашивались колени. Я едва переставляла ноги, но не хотела надолго оставлять Броккана и Тарлаха одних. Дойдя на берега, я вновь забралась в реку.

— Фоула!

Обернувшись, я увидела, что ко мне мчится Ситрик.

— Ты говорила Фальку, что тебе нужна помощь. В чем дело?

— Я… – Слова не желали идти наружу. Передо мной стоял человек, перебивший монахинь в Ласке.

— Я видел тебя на том берегу с двумя детьми, – сказал Ситрик. – Один из них – Тарлах, верно? Помочь тебе переправить их через реку?

— Нет. Просто я… Наверное, Мурха…

Он выставил ладонь:

— Я понимаю, Фоула. Ты мне не доверяешь.

— Да. Пожалуй, что да.

— Да и с чего бы? Ведь ты по моей вине лишилась семьи, когда мы сожгли монастырь в Ласке. Если я скажу, что изменился, ты мне поверишь?

— Да, если увижу перемену собственными глазами.

— Тогда позволь мне начать прямо сейчас. Давай привезем Тарлаха отцу. Я найду гребцов, и мы доставим его на этот берег. Пойдем.

Ситрик собрал десяток мужчин – этого хватило, чтобы подвести один из кораблей к другому берегу и не разбиться о камни. Мы вместе поднялись по склону к зарослям утесника. Ситрик взял Тарлаха на руки и ухмыльнулся племяннику:

— Говорят, ты залез на корабль без спроса. Ну и приключение у тебя получилось.

— Ага, – отозвался Тарлах, утирая нос.

— Ну, волноваться не о чем. Все ведь обошлось.

— Отец на меня рассердится.

— Может, и рассердится, но скорее слишком обрадуется, что с тобой ничего не случилось.

Ситрик отнес их с Брокканом на корабль: Тарлах молчал, а мой племянник прятал лицо под капюшоном. На обратном пути король Дублина постарался приободрить мальчиков. Как странно. Внешне он напоминал свою холодную и сдержанную мать, но, когда он говорил с Брокканом и Тарлахом, в его голосе слышалось нечто иное. Сострадание. Сочувствие. Мог ли Ситрик Шелкобородый добиться прощения за всю причиненную им боль? Этого я не знала, но надеялась, что он и дальше будет пытаться его заслужить.

Воины Ситрика поставили в лесу шатер для нас с мальчиками, а вскоре проведать Тарлаха заглянули Тейг и король Бриан. С наступлением ночи мужчины разошлись по собственным шатрам, и мы с детьми остались наедине. Племянник и его друг тут же задремали – и немудрено, учитывая, как они утомились. А вот я заснуть не могла. Сначала я хотела поговорить с Мурхой.

Наконец и он пришел к нам в шатер.

— Как Тарлах? – спросил Мурха, присаживаясь на колени рядом со мной. – Почему он до сих пор спит? Он ушиб голову?

— Нет, – прошептала я и показала ему копье. – Оно пробило Тарлаху грудь. Я его исцелила, но потом мне пришлось сделать новую рану у него на плече.

Мурха взглянул на меня, и я продолжила:

— Броккан видел мужчину, метнувшего копье. Он уверяет, что незнакомец целился в Тарлаха и знает, что угодил в цель.