Книга На излом клинка. Книга первая, страница 48 – Александр Капков

В ответ на его пылкие слова остальные заворчали, покрепче перехватывая дубинки. Мне стало ясно, что меня принимают за другого, и я постарался тут же их успокоить.

— Друзья, – начал я увещевательным тоном. – Вы ошибаетесь на мой счёт. Я сегодня впервые оказался в ваших местах и никаким образом не могу быть причастен к тому, в чём вы меня подозреваете.

После моих слов парни сбавили напор и среди них появились сомневающиеся.

— И правда, – говорил один. – Вроде и не похож на того. Тот-то был почернее, да и помоложе. А этот, вишь какой старый. Нет, не похож.

— Да он это, он! – кричал другой, – мы с братом моим Никезом его сразу признали. Он это с Катрин по бережку-то ходил и целовался.

— Тьфу, бесстыдство-то какое, – верещал румяный толстячок, пресловутый Никез.

— Он ей и под юбку заглядывал! Не сойти мне с этого места, коли не так!

После таких животрепещущих подробностей, толпа разом придвинулась, охватывая меня полукругом. Понимая, что моих оправданий они, распалившись, уже не слышат, я, тем не менее, попытался переломить их настроение.

— Послушайте, давайте-ка не спеша во всём разберёмся. Позовите Катрин и она вам скажет, что с ней гулял не я, а другой человек.

— Ага, она что хочешь скажет, чтобы себя выгородить, – не унимался толстяк. – Что ты смотришь, Симон, твою девушку позорят!

— А не больно ли ты разоряешься, братец Никез, – сказал я толстяку – Тебе-то, что до Катрин?

Мой удар попал в цель, кудрявый и смуглый Симон хмуро посмотрел на толстого парня. Крестьяне вновь загалдели, и я уже хотел дать шпоры коню, чтобы прорваться из окружения, но тут подобравшийся сбоку веснушчатый паренек огрел меня по спине палкой со всего маха.

— Что вы смотрите? Бей горожанина! – выкрикнул он высоким фальцетом, пустив на последнем слове петуха. В подобных делах важно кому-то начать. Я и мигнуть не успел, как меня стащили с седла и крепко ухватили за руки так, что я и пошевелиться не мог.

— Окунём его разок, другой в пруду, будет знать, как охальничать, – вынес свой вердикт вожак.

— Верно, верно!

Меня потащили по лугу туда, где виднелась зеркальная гладь пруда.

Я не сопротивлялся, так как держали меня крепко и пытаться вырваться было бесполезно. Но перед самым прудом, уже на берегу я подогнул колени и повис на своих провожатых, не ожидавших от меня такого коварства.

Извернувшись, я упал на песок, увлекая за собой своих конвоиров. Старый солдатский трюк. В образовавшейся куче-мале, я сумел высвободить свои руки и тотчас воспользовался этим обстоятельством. Выпрямившись, я впечатал кулак в лицо одному и заехал локтем другому, выхватив при этом у третьего палку.

Я отбежал в сторону и с силой завертел ею над головой.

— Вижу, что в вашей деревне не знают хороших манер, да скопом задевают приезжих! Я могу преподать вам урок, чтобы отбить охоту грубить. Кто хочет попробовать? Не трусьте, вперёд!

Первым выбежал веснушчатый как подсолнух юнец, ударивший меня по спине, смелости ему было не занимать, а вот хватки Бог не дал. Я увернулся от его бестолкового замаха, и когда он пролетал мимо под тяжестью собственного оружия, просто подтолкнул его, врезав пониже спины так, что он сходу влетел в густой кустарник, росший на берегу. Тогда вперёд вышел вожак, и по тому, как он держал дубину, было видно, что в таких играх он не новичок. Из толпы раздались подбадривающие крики: