Онлайн книга «Порочный круг. (Не)беги от меня»
|
Громов считывает моё внутреннее напряжение и меняет позу. Усаживается между моих разведённых ног. Упирается членом во вход, устраивая очередное сотрясение моего тела. Проникает внутрь, возвышаясь надо мной перпендикулярно. Наблюдает сверху. Возвращает пальцы к открытому клитору. Не в силах произнести его имя, стону и кончаю повторно от нескольких точных толчков и круговых скользящих движений. Сжимаю мышцы вокруг члена отца подруги и разлетаюсь на атомы, ощущаю себя не просто счастливой — свободной. Мгновенно. От всех и всего. От чужого мнения, желаний, поступков… Свободной для всех своих хотелок, признаний. Для того чтобы жить, пока рядом есть с тот, с кем жить хочется! Громов выбивает из меня дикие стоны серией правильных поступательных движений. Возносит к небесам и отсылает нас обоих к тяжёлым вратам смердящего Ада. Ведь всё, что ждёт после... Неважно, пока не закончена персональная вечность, правда?! Стону, кричу, впиваюсь ногтями, кусаю, целую — да всё вперемешку. Изматывает меня физически, распластывает морально и заливает после всю грудь и живот липкой спермой. Сдерживаю своё шумное дыхание. Стараюсь не сотрясать в спазмах грудь. Веду пальцем по густому семени на своей коже. Смотрю на него затуманенным взглядом. Подношу подушечку к своим губам. Всасываю фалангу пальца, взрывая от его вкуса притихшие рецепторы. Раскатываю на языке терпкость, солоность и сладость. Причмокиваю задумчиво. Посасываю. — Если ты продолжишь в том же духе, Тихоня, — хрипло смеётся Вадим. — Твой рот станет моим фетишем. Завязывай, пока я до него полностью не добрался. — Добирайся, — заявляю покладисто, вытягивая изо рта палец. — Безумная, — качает головой, сопровождая жест мягкой ухмылкой. — Твоя, — заключаю, обхватывая его шею правой ладошкой с кольцом и тягу к себе ближе. — Моя, — соглашается он, соединяя лбы. — И нам с тобой срочно надо в душ, Лер. Впереди много дел. Никто не станет ждать, переносить договорённости, планы. Лезет ко мне плотнее. Подныривает ладонями под спину, чтобы поднять с кровати. Лишь успеваю пропищать: — Вадим, ты сейчас весь перемажешься! Столкновение тел сопровождается пошлым хлюпаньем. Кривлю носик, выпаливая, смеясь: — Боже, как же всё это по́шло! А Громов не видит проблемы. Поднимает меня с постели и затыкает шумным дыханием мои губы. Ощутимо оттаскивая на себе в сторону выхода из хозяйской спальни. Твёрдый член плотно прижат к животу. Между нами липко-вязкая смесь, а Вадиму все ни по чём. Жмёт ближе. Целует. Несёт в широкую душевую, чтобы проскользить руками с гелем по всем из моих изгибов. Вернуть коже свежесть. Смыть похоть. — Я всё равно буду пахнуть тобой, гель мужской, — уверяю его смешком, оказываясь опущенной на пол за прозрачными стенками. — Будешь, — подтверждает Вадим и намыливает меня, без мачалки, руками ещё активнее, чем прежде. Видимо, чтобы даже те, кто не увидят на моём пальце кольца, не посмели подойти близко… А те, кто приметят… Наверное, чтобы даже рта не открыли… Прикосновение обозначает начало всякого обладания, всякой попытки подчинить себе человека или предмет© Зигмунд Фрейд — Громов- День Х. — Тринадцать пропущенных звонков, — выпаливает Тихоня, нервно смеясь. Теребит в руках телефон перед тем, как отрубить с него ещё и виброрежим помимо выключенного звука. Закидывает аппарат на дно своего рюкзака, растягивая губы в кривой улыбке: — Счастливое число, да? Наверное, поздравить хотели, но заранее же нельзя, поэтому... |