Книга Дракон отдал мое место другой, страница 20 – Виолетта Вейл

Эстера подняла на меня взгляд и улыбнулась.

— Я рада, что вы пришли, Элинар.

И тут меня ударило второй раз.

Не словами. Голосом.

Она смягчила последнюю букву моего имени именно так, как смягчала ее я сама, когда представлялась людям, которые мне не нравились, но которых приходилось терпеть. Это была моя интонация. Мой сдержанный, прохладный способ вежливости.

Я вошла в комнату до конца и закрыла за собой дверь.

— Как мило, что вы рады, — сказала я. — Я как раз думала, насколько еще уютнее можно сделать мой день.

Морайя тихо хмыкнула в чашку. Остальные сделали вид, что не заметили.

Эстера отставила напиток.

— Я пригласила вас не для ссоры.

— А для чего? Чтобы я полюбовалась, как быстро вы вживаетесь в интерьер?

— Чтобы показать: я не намерена делать из нас врагов, если это можно избежать.

— Слишком поздно. Вы надели мое платье. Мои украшения. Мое кольцо. Теперь еще и мои привычки. Для мира между нами вам следовало остановиться хотя бы на одном из пунктов.

По комнате прошло тонкое напряжение. Женщины не шевелились, но я чувствовала, как им хочется, чтобы разговор стал грязнее. Чтобы каждая могла уйти потом с красивой историей о двух женщинах у одного огня.

Эстера же, к моему удивлению, не потеряла лица.

— Вы ошибаетесь, если думаете, что мне нравится все это.

— А что именно вам не нравится? Чужая цепь на вашей шее или кольцо, которое едва не прожгло вам палец при всем роде?

Ее глаза вспыхнули — едва заметно. Значит, попала.

— Кольцо сидит на мне достаточно крепко, — ответила она.

— Да? Тогда почему вы прячете руку под шаль каждый раз, когда вам кажется, что никто не смотрит?

Одна из молодых вдов резко опустила глаза в чашку. Значит, видела.

Эстера медленно выпрямилась.

— Я пришла в этот дом не ради того, чтобы отнимать у вас что-то из мелкого женского уюта. Если вам важно, какие цветы стоят в галерее или как подают шоколад, это можно обсудить.

И снова.

Не только привычки. Слова.

«Мелкий женский уют» — это было мое выражение. Старое, домашнее, почти шутливое. Я однажды сказала его Нире, когда спорила из-за занавесей в южной галерее. Оно не было дворцовым. Оно было моим.

Я почувствовала, как холодок скользит вдоль позвоночника.

— Откуда вы это взяли? — спросила я.

— Что именно?

— Эту фразу.

Она не поняла. Или сделала вид, что не поняла.

— Я не слежу за каждым своим словом так тщательно, как вы, Элинар.

— Зато подозрительно удачно повторяете их за мной.

— Вам, возможно, кажется слишком многое просто потому, что вы болезненно воспринимаете перемены.

— А вам, возможно, кажется, что если украсть у женщины достаточно мелочей, однажды вам начнет принадлежать и вся ее жизнь.

Теперь уже заговорила Морайя:

— Не слишком ли это драматично? Дом сделал выбор. Все остальное — лишь попытка сохранить в нем порядок.

Я повернулась к ней.

— Порядок? Как интересно вы называете воровство.

— Следите за словами.

— Слежу лучше многих. Поэтому и слышу, когда они звучат чужим ртом.

Я снова посмотрела на Эстеру. Теперь мне было не до оскорбленной гордости. Передо мной сидела не просто соперница. Передо мной сидела женщина, которая то ли сознательно копировала меня до мелочей, то ли…

Нет. Эту мысль я пока не позволила себе до конца.

— Скажите при всех, — произнесла я спокойно, — кто научил вас, что горячий шоколад без корицы подают только в темном фарфоре.