Онлайн книга «Пощёчина генерал-полковнику Готу»
|
Мы спросили командира роты, как обстоят дела с нашим наступлением на Украине? Он ответил, что всё идёт по плану, но конкретного ничего не сказал. Мне показалось, что он и сам не знает. После ужина удалось постирать форму и комбинезон. Надеюсь, к утру высохнут. 08.07.41 После завтрака, в 9.00, наши машины, выстроившиеся в колонну и накрытые маскировочными сетями, стал обходить командир батальона с командирами рот. Капитан хорошо знал меня по польской кампании. Остановившись рядом с нашей машиной и поздоровавшись с экипажем, он спросил меня, как прошёл ремонт и нет ли нареканий у экипажа? Я доложил, что ремонт выполнен качественно, машина полностью готова к бою. Капитан похлопал меня по плечу и сказал, что я скоро отправлюсь в Тюрингию, в танковое училище. Значит, командир роты был прав, меня действительно решили двигать в офицеры. В 16.30 нас, командиров экипажей, собрал ротный и предупредил, что, возможно, через день пойдём в наступление. Экипажам никуда не отлучаться, ещё раз проверить технику, уровень горючего и масла, боекомплект снарядов и патронов. До ужина экипаж занимался исполнением приказа командира роты. У нас был полный порядок. Ужинали густым гороховым супом со свиными консервами. Перед сном распили две бутылки мутного и вонючего самогона. Я предупредил Ланца, притащившего эту гадость, что если к утру кто-нибудь из экипажа помрёт, повешу его лично. Он согласился. 09.07.41 Проспали до обеда. Разбудил посыльный. Начальник связи полка капитан Лампе проверял работу раций и был страшно недоволен моим отсутствием у боевой машины. Одевшись, мы с Шубертом поплелись к танку. Лампе долго орал на нас, затем, учуяв у Шуберта запах перегара, позеленел и приказал мне строго наказать стрелка-радиста. Я обещал это сделать непременно. Когда мы вернулись в дом, Ланц доложил, что экипаж здоров, потерь нет и предложил нам с Шубертом выпить по полстаканчика самогона, что мы и сделали с большим удовольствием. На ужин не пошли. Обошлись раздобытыми яйцами и шпиком из неприкосновенного запаса. 10.07.41 Наскоро позавтракав, в 6.45 все экипажи были в танках. В 7.00 наш 24-й моторизованный корпус начал форсирование Днепра по ранее наведённым переправам. Наша 3-я танковая дивизия тут же повернула на север, в сторону Могилёва и захватила плацдарм в районе Старого Быхова. Немедленно начались атаки русских с целью ликвидировать захваченные нами плацдармы и сбросить нас в Днепр. Передовые части дивизии упорно продвигались вперёд и в столкновения с русскими не вступали. Наш полк форсировал Днепр последним, поздним вечером, в полной темноте. Кое-как умылись, поужинали колбасой с хлебом. Спать устроились в танке. 11.07.41 С утра дивизия расширяла плацдарм, взяла под контроль шоссе Могилёв – Гомель. Мотопехотный и 5-й танковый полки дивизии стали продвигаться к Могилёву. А нашему 6-му танковому полку было приказано временно задержаться у переправ и защищать их совместно с пехотными и артиллерийскими частями. Дело оказалось в том, что вчера, 10 июля, чуть южнее русские предприняли мощное контрнаступление в целях освобождения Бобруйска. В 11.15 русские начали обстрел наших позиций крупнокалиберной артиллерией. Нам приказали укрыть бронемашины в лощинах и иных складках местности и быть готовыми отражать контратаки русских. |