Книга Слепая зона, страница 226 – Сара Парецки

Я поинтересовалась, что случилось с людьми в самолете. Когда машина перевернулась, один из механиков спасся через хвост; он получил ожоги лица и рук, но имел хорошие перспективы на выздоровление. Блэкли и второй механик погибли в катастрофе. Энтон, раненный в пах, лежал в той же больнице, что и Конрад. Совсем неплохой выстрел, принимая во внимание обстоятельства.

Как только Энтон сможет покинуть больницу, чикагские власти предъявят ему обвинение в нападении на полицейского. Они рассматривали обвинение против него в убийстве Дердри. Энтон, пытаясь оправдаться, очевидно, наговаривал не только на Карпентера, но и на Геккомба. Люди из охраны «Гант эдж» утверждали, что Конрад бродил вокруг участка без всякой цели, и вопреки моим свидетельским показаниям они заявили, что Энтон выстрелил в него, когда тот стал пробираться на охраняемый участок. Сумбурное обсуждение закончилось с нулевым счетом: ни один из полицейских не собирался подчиняться указаниям «Гант эдж» и арестовывать меня, но они также не хотели приниматься за Гантнера без более веских доказательств, чем те, что представили мы с Мюрреем.

Бобби предлагал, по крайней мере, привести Гантнера и Геккомба и допросить их, но Кеймович отклонил это предложение. Бобби скоро на пенсию, а Кеймовичу было только пятьдесят, он не хотел, чтобы остаток карьеры был разрушен мстительным сенатором Соединенных Штатов.

Через два дня Конрад достаточно окреп для переезда в Чикаго. Лотти определила его в «Бет Израйель», где были хорошие специалисты по пулевым ранениям.

Исхода операции дожидались миссис Роулингс, четыре сестры Конрада, Терри и я. Даже Дженис, врач-невролог, была здесь – она специально прилетела из Атланты, чтобы убедиться, что чикагские доктора правильно лечат ее брата. Это было тяжелое четырехчасовое ожидание, но в конце концов хирург принес радостное известие. Главный сустав плеча не задет, а восстановить поврежденную ключицу теперь не составит труда.

Миссис Роулингс была так обрадована этим известием, что даже позволила мне принять участие в первом семейном посещении ее сына. Конрад слабо пожал мне руку и сразу же снова заснул.

Однако по мере того, как силы возвращались к Конраду, он стал отдаляться от меня. Я делала вид, что не замечаю этого, продолжая ежедневно навещать его и стараясь установить более ровные отношения с миссис Роулингс. Камилла была ко мне очень доброжелательна, но в день выписки Конрад отослал мать и сестер, чтобы поговорить со мной наедине.

Он сел на край кровати, его темные глаза омрачились.

— Вик, я обязан тебе жизнью. Я это знаю. Но моя жизнь никогда бы не была в опасности, если бы ты безрассудно не отправилась в Де-Кэлб, не сказав мне о том, что именно собираешься предпринять.

Я закрыла глаза. Я не могла в свое оправдание сказать, что мы с Мюрреем могли бы выбраться через кукурузное поле так же легко, как и попали туда, если бы Конрад не кинулся на выручку.

— Думаю, если бы я сказала тебе, ты прочел бы мне очередную лекцию по законодательству. – Я старалась говорить как можно спокойнее, но все равно мои слова звучали раздраженно.

— Пожалуй, ты права. – Конрад взял мою руку своей здоровой рукой. – Я думаю, мы с тобой должны побыть врозь какое-то время. Моя любовь к тебе подверглась большим испытаниям. У тебя в душе не хватает места для компромисса.