Книга Связной Хрущева, страница 45 – Олег Рой, Андрей Орлов

Гневной отповеди из Кремля не последовало. Большакова в Москву не отзывали. Возобладал здравый смысл! На следующий день советские танки отошли на соседние улицы, растворились в лабиринтах восточного Берлина. Отошла пехота. Разошлись гражданские активисты с красными повязками. На восточной стороне установилась подозрительная тишина. Но что-то подсказывало, что удар по этому району советские войска могут нанести из любой точки. Похоже, у кого-то заработали головы. Последовал неохотный приказ убрать войска. Неспешно уходили громоздкие танки, строились в колонны и уходили пехотинцы. Через несколько часов пришел в движение общественный транспорт, появились прохожие. Теперь за дело предстояло браться дипломатам: узаконить создавшееся в Берлине положение…

В этот вечер не нашлось ни одной причины не посетить бар «Чарлиз» на 16-й улице. Напряжение, скопившееся в организме, мог изгнать только алкоголь. Хорошие новости его не изгоняли. Франческа уехала в командировку в Бостон, и дома ждали только голые стены. Посетители в этот день были не буйные, в заведении царила мирная атмосфера. Похохатывали женщины в дальнем углу, впечатленные чувством юмора своих спутников. Георгий мелкими глотками уничтожал виски, украдкой разглядывал посетителей. Интересно, они в курсе, что происходило в мире? Или из того подавляющего числа американцев, что будут долго гадать, на какой планете находится Берлин? Вошел Фрэнк Холлман с портфелем и в расстегнутом плаще, обозрел посетителей, обрадовался, обнаружив знакомое лицо.

— Я так и знал, – заявил он самоуверенно. – Где еще можно найти жителя России после трудной рабочей недели? Хочешь надраться в одиночку? Или потерпишь присутствие лучшего американского друга?

— Потерплю, – кивнул Георгий и задумчиво уставился на главного врага печени в ортогональной емкости из толстого стекла. Для одного там было много, для двоих – критично мало.

— Не волнуйся, – уверил Фрэнк, стаскивая плащ. – Добавим, коль возникнет нужда. Здесь тебе, братец, не Советский Союз, виски всегда найдется. Джерри, еще один бокал, будь любезен! И слушай, принеси ради бога что-нибудь съестное! Мы же не алкоголики какие-нибудь… О, Джордж, ты сегодня расщедрился на бурбон, – подметил журналист. – Кажется, есть повод, и я даже знаю какой? А почему бурбон, приятель? – шутливо допытывался Фрэнк, наполняя бокал. – Эй, официант, водку и балалайку! – Он засмеялся. – Можно также цыган и медведя в кепке, но здесь такое вряд ли найдешь…

Чокнулись, выпили. Напряжение не рассасывалось – крепко же его скрутило.

— Как там у вас говорят – все хорошо, что хорошо кончается? – Фрэнк сыто срыгнул. – Все закончено, можно расслабиться. Не отпускает, приятель? – подметил он. – Ничего, отпустит. Я тоже, знаешь ли, под впечатлением. Все обошлось без жертв и кровопускания, но каков сам факт? Впервые в истории наши войска сошлись в противостоянии, и только чудом не случилось ничего страшного. Отдаешь себе отчет, что мы стояли на пороге большой войны?

— Ну, было, – пожал плечами Большаков. – Постояли на пороге и разошлись, с кем не бывает.

— Действительно, – развеселился Холлман. – С кем не бывает. И кому мы обязаны этому чуду? – Он с хитринкой уставился на приятеля.

— Не знаю. Святому провидению, не иначе.