Книга Хрустальная пробка, страница 10 – Морис Леблан

Этого было мало Люпену. Нужна была характеристика другая, интимная, полицейская, которая показала бы частную жизнь Добрека. Но пока приходилось довольствоваться тем, что есть.

Одна из квартир Люпена, в которых он жил в настоящее время, находилась на улице Шатобриан возле Триумфальной арки. Его там знали под именем Мишеля Бомона. Это было довольно комфортабельное помещение. Ему служил преданный человек Ахилл. Он принимал сведения, передаваемые помощниками Люпена по телефону.

Придя к себе, Люпен с большим удивлением узнал, что его почти целый час ожидает какая-то работница.

— Как? Ведь сюда ко мне никто не приходит! Она молода?

— Нет, не думаю.

— Ты не думаешь?

— У нее на голове вместо шляпы – наколка, и потому не видно лица… Это приказчица или служащая… простая.

— Что ей было нужно?

— Господина Мишеля Бомона, – ответил слуга.

— Странно, по какому поводу?

— Она мне только сказала, что это касается Энгьенского дела… Тогда я подумал…

— Гм! Энгьенское дело! Значит, она знает…

— Я подумал, что ее нужно было принять.

— Ты хорошо сделал. Где она?

— В гостиной. Я зажег свет.

Люпен быстро прошел в переднюю и открыл дверь гостиной.

— Что ты такое наговорил? Ведь никого нет.

Ахилл бросился в гостиную. Там никого не было.

— Ого! Какая ловкая, – воскликнул он. – Минут двадцать тому назад я заглядывал – она была здесь. Мне не померещилось.

— Где же ты был остальное время? – спросил, раздражаясь, Люпен.

— В вестибюле, патрон. Я ни на минуту не выходил оттуда. Я бы увидел, если бы она вышла, черт возьми!

— Однако ее нет…

— Очевидно… – бормотал ошеломленный слуга, – очевидно, она потеряла терпение и ушла… Но каким образом?

— Каким образом? – спросил Люпен. – Не надо быть колдуном, чтобы это знать.

— Как же?

— Через окно. Видишь, оно еще полуоткрыто. Ведь мы на первом этаже, улица вечером почти пустынна… Нет никакого сомнения.

Он осмотрелся вокруг и убедился, что ничего не было взято или переставлено. Впрочем, в комнате не было ничего драгоценного, никакой важной бумаги, которая могла бы оправдать посещение и внезапное исчезновение этой женщины. И все-таки зачем это необъяснимое бегство?

— Сегодня никто не звонил по телефону? – спросил Люпен.

— Нет.

— И писем не было?

— Письмо есть.

— Дай сюда.

— Я, как всегда, положил его на камин.

Комната Люпена сообщалась с гостиной. Но он запер дверь в эту комнату, и туда можно было попасть только через вестибюль.

Люпен зажег свет и через секунду заметил:

— Я не вижу письма.

— Но я положил его на камин.

— Ничего тут нет.

— Вы плохо ищете.

Ахилл стал искать сам, переставлять предметы, шарить на полу – письма не было.

— Ах, черт возьми! – бормотал он. – Это она, она украла его… А потом, схватив письмо, удрала…

Люпен возразил:

— Ты с ума сошел! Ведь между комнатами нет никакого сообщения.

— Так что же тогда, патрон?

Они оба замолчали. Люпен старался совладать со своим гневом и собрать мысли.

Он спросил:

— Ты осмотрел это письмо?

— Да.

— В нем не было ничего особенного?

— Ничего. Обыкновенный конверт и адрес, написанный карандашом.

— Ага!.. Карандашом?

— Да. Как будто наспех написано, скорее, нацарапано.

— Какой был адрес? Ты запомнил? – спросил тревожно Люпен.

— Да, запомнил, потому что он мне показался странным.

— Говори! Говори скорее!