Книга Хрустальная пробка, страница 57 – Морис Леблан

К девяти часам, несмотря на дождь, собралась толпа. Появились несколько экипажей, в которых приехали должностные лица в черном. Появились еще два отряда солдат.

Вдруг все замолкло. В темноте показалось что-то белое. Дождь прекратился. Внутри, в конце коридора, где помещались камеры приговоренных, слышны были тихие голоса людей, одетых в черное.

Директор тюрьмы отдал распоряжение открыть камеры и вывести Жильбера и Вошери.

Вошери, увидев Жильбера, крикнул:

— Что, малыш, патрон-то нас бросил?

Процессия спустилась по лестницам; у канцелярии остановились, чтобы выполнить необходимые формальности. Шли двором, вдоль стен, до угла бульвара.

Прошли еще несколько шагов… Вошери, увидев гильотину, подался назад.

Жильбер плелся, опустив голову, поддерживаемый помощником и священником.

Гильотина была перед ними.

По знаку, данному палачом, Вошери схватили, приподняли и потащили почти бегом.

Тут произошло нечто поразительное: вдруг раздался выстрел из дома напротив.

Помощники остановились.

Вошери начал медленно оседать.

— Что такое? Что с ним? – посыпались вопросы.

— Он ранен.

На лбу Вошери появилась кровь и потекла ему на лицо.

— Спасибо, патрон, – успел сказать Вошери.

Взгляд его остановился, и он рухнул на землю.

— Он умер! – закричал кто-то.

— Скорее, скорее! – раздался голос распорядителя казни. – Нужно успеть со вторым!

Он не договорил. Раздался второй выстрел. Распорядитель закачался и упал со стоном:

— Продолжайте, поторопитесь со вторым…

Но помощники уже разбежались. Площадь вокруг гильотины опустела.

После первого же выстрела кто-то заметил на втором этаже человека с еще дымящимся ружьем в руках. В него выстрелили, но не попали, а он, взобравшись на стол, прицелился во второй раз, выстрелил и скрылся.

Неслыханное по своей дерзости событие вызвало живейшие толки. В одиннадцать часов утра в кабинете префекта полиции состоялось заседание. Доклад делал начальник охраны. Удалось выяснить, сказал он, что накануне происшествия, около полуночи, кто-то позвонил в дом на бульваре Араго. Привратница открыла двери, так как неизвестный сказал, что послан полицией относительно завтрашней казни. Как только она вышла к нему, он схватил ее, заткнул рот тряпкой и связал.

Через десять минут господин и дама, жившие на первом этаже и возвращавшиеся домой, были схвачены тем же субъектом и заперты в пустую лавку. Жилец второго этажа был также схвачен и заперт у себя, в собственной квартире. Неизвестный же расположился на третьем этаже, никем не занятом.

— Ну и, разумеется, вы не сомневаетесь, что неизвестный – Арсен Люпен? – спросил префект полиции.

— Без всякого сомнения.

— Но в таком случае, – прошептал префект, обращаясь к Прасвиллю, – субъект, взятый под надзор в его квартире на площади Клиши, вовсе не Арсен Люпен?

— Арсен Люпен.

— Значит, его не арестовали, если он вышел ночью из своего дома?

— Он вышел другим ходом.

— А вы этого выхода не знали?

— Я только что узнал об этом, осматривая его квартиру.

— Там никого не было?

— Никого. Сегодня утром его слуга Ахилл увез даму, которая проживала у Люпена.

— Как ее зовут?

— Не знаю, – ответил Прасвилль после минутного колебания.

— Известно ли вам, под каким именем проживал Люпен?

— Под именем господина Николя, профессора словесности. Вот его визитная карточка.