Книга Сезон непрочитанных писем, страница 65 – Татьяна Ганская

Женщина молчала, с какой-то почти враждебной сосредоточенностью переворачивая страницы и отмечая что-то в бланке.

Тут подал голос пожилой мужчина у окна. Он кашлянул, медленно поднялся, подошёл к столу и негромко, почти извиняющимся тоном сказал:

— Нора, ну не будь такой чёрствой. Не так строго.

Женщина бросила на него острый взгляд.

— Это твоё дело? Твоя ответственность? Нет? Вот и сиди молча.

Марта чувствовала себя как школьница, которую поставили в угол — не за проступок, а просто потому, что никто не хотел её слышать. В помещении повисло неловкое молчание, нарушаемое лишь прерывистыми звонками телефона и скрипом авторучки женщины, которая продолжала делать вид, что их нет. Эрик наклонился ближе к Марте, тихо коснулся её локтя.

— Может, всё-таки попробуем официальным путём? Напишем заявление, подождём, — прошептал он, но без особой убеждённости.

Марта покачала головой.

— Ты знаешь, что они всё равно откажут. Она уже это сказала. Это их способ выставить нас за дверь.

Она сжала в пальцах платок. Не носовой, а просто салфетку из сумки, которую мяла от напряжения. Хотелось выйти, хлопнуть дверью, забыть эту попытку. Но тогда… тогда она никогда не узнает правду.

Эрик ещё раз повернулся к женщине, которая в этот момент уткнулась в монитор компьютера.

— Послушайте, мы ведь не просим чего-то из ряда вон. Это очень старая история. Не уголовное дело. Просто личный момент, который важен для этой женщины, — он кивнул на Марту. — У вас ведь тоже наверняка есть дети. Или были родные, которых вы хотели бы понять…

Женщина вздохнула, на мгновение оторвалась от бумаг и телефона.

— У всех свои драмы. Я за этим столом уже десять лет. Каждый день кто-то приходит и что-то ищет, что-то хочет, требует, умоляет. У всех очень важная причина. У всех… только личное.

Она раздражённо бросила ручку и посмотрела в окно, за которым хлопья снега лениво ложились на запорошенные кусты.

— Я не хочу лишних проблем, — сухо отрезала женщина.

— Мы не создадим их. Обещаю, — сказал Эрик спокойно.

Она посмотрела на него, потом на Марту, чьё лицо всё ещё было упрямое, но усталое.

— У меня есть работа. Я не хочу её потерять.

— Давайте я провожу вас немного, — подал голос тот самый мужчина у окна, вдруг оживлённый.

— Ага, — раздражённо поддакнула женщина. — Мне надо работать.

Марта и Эрик вышли на улицу. Снег ещё падал, почти невесомый, как в замедленном кино. Сквозь тонкий слой облаков пробивался бледный дневной свет — неяркий, тусклый. Воздух был свеж и чист. Марта глубоко вдохнула и почувствовала, как внутри становится немного легче. Ветер трепал полы её пальто, как будто тормошил её: «Не сдавайся».

— Прости, что всё так, — сказала она, глядя в сторону. — Я не думала, что это будет настолько сложно… Я ведь просто хотела найти след.

Эрик кивнул.

— Мы всё равно почти у цели. Кто-то же ухаживает за этой могилой. Кто-то, кому эта история важна. А значит — мы уже близко.

— Погуляйте пока тут недалеко. Но никуда не уходите. Подождите меня где-то здесь, — шепнул пожилой мужчина.

Они шли медленно между рядами памятников, не уходя далеко от здания администрации, выполняя указание пожилого мужчины. Марта всматривалась в надписи, в даты, в фамилии — вдруг среди них будет что-то, что ещё откроет ей неизвестное. Но всё молчало. Только снег тихо ложился на плиты, на кусты, на мраморных ангелов с усталыми глазами.