Книга Черная метка для графини, страница 66 – Ольга Баринова

Он осенил их знамением и вышел.

Монах ордена Святого Климента, брат Морсини — духовник старого графа Лоренцо д'Орсоли — сидел в своем кабинете, когда в дверь тихо постучали. На пороге стоял запыхавшийся служка с кожаным пакетом в руках, запечатанным сургучной печатью с изображением креста и лилии — тайным знаком ордена.

Брат Морсини принял пакет дрожащими от нетерпения пальцами. Он ждал этого мгновения долгие месяцы — с тех пор, как старый граф Лоренцо в очередной раз заговорил о своем блудном потомке. Теперь все должно было закончиться.

Он отпустил служку, запер дверь на засов и только тогда аккуратно сломал печать. В пакете, кроме присланного документа, находился еще и чистый лист плотной белой бумаги. В нижнем левом углу листа брат Морсини обнаружил неприметный крестик.

Повертев лист в руках, он зажег свечу и подержал бумагу над пламенем. По всему листу стали отчетливо проступать темно-коричневые строки тайного письма.

«Сим извещаю ваше преподобие о свершении мною, недостойным служителем Ордена, возложенного на меня поручения. Опасность, грозившая нашему святому делу, устранена. Заверяю вас в гибели незаконного графского отпрыска — разбойника Джейкоба, сына Катарины Сфорца, — и об отсутствии у него прямых потомков. Тайна его рождения умерла вместе с ними. Приложенные документы должны устранить все последние сомнения и колебания завещателя».

Монах почувствовал, как заботы и волнения последних лет уступили место чувству глубокого удовлетворения. Это были документы, подтверждающие смерть графского отродья. Миллионы золотых монет вскоре заполнят пустующую кассу ордена и упрочат положение самого монаха.

Брат Морсини перекрестился и развернул приложенные бумаги. Среди них была выписка о смерти Катарины Сфорца, пребывающей в заключении, с печатью и подписью нотариуса. В документе значилось, что бывшая певица скончалась много лет назад. Вторым листом шло свидетельство о смерти ее сына Джейкоба, погибшего в кораблекрушении у берегов Селеции.

— Теперь ничто нам не помешает, — прошептал монах, пряча документы в нагрудный карман. — Граф умрет, а золото и документы достанутся нам.

Он послал слугу в хозяйские покои — пригласить старого графа на вечернюю молитву. Слуга застал старика вкушающим сон после продолжительной прогулки в гондоле. Превозмогая усталость, дряхлый граф спустился в молельню. Во время службы он сидел на скамеечке, заботливо поддерживаемый слугой.

После короткой мессы брат Морсини поднялся вместе с графом в его покои, где у них состоялся долгий разговор.

— Ваша светлость, — сказал монах, держа в руках полученные документы, — пришли печальные вести. Ваш сын Джейкоб погиб. Его мать, Катарина тоже скончалась. Ни законных наследников, ни близких родственников у них не осталось. С прискорбием сообщаю, что ваш род, увы, пресекся.

Старый граф Лоренцо д'Орсоли побледнел. Глаза его наполнились слезами.

— Всеблагие покарали меня, — прошептал он. — Это приговор мстящей судьбы. Розыски сына составляли главную цель последних лет моей жизни, но слишком поздно я принялся за них! После гибели жены я посвятил себя воспитанию нашей дочери Лилиан, и не протянул вовремя руку помощи своему несчастному первенцу. За этот грех справедливое небо не только отняло у меня мою малютку, но и лишило надежды отыскать дитя, так легкомысленно забытое мною…