Книга Развод. Отринутая истинная генерала-дракона, страница 11 – Мила Зайн

Он уходит, оставляя меня задыхаться от бессилия и ярости, которые медленно переплавляются во что-то иное. В сталь.

Меня ведут на площадь, как скот на заклание.

«Доверься мне».

Слова Рагнара, брошенные в темноте, теперь отдаются в черепе истеричным, издевательским смешком.

Доверься.

Какая ирония. Это ведь не его сейчас ведут на унижение. Это не его предал тот, кому он отдал свое сердце, душу и тело. Он стоит там, окутанный силой и славой, а я здесь, в тонкой ритуальной рубахе, под тысячами жадных взглядов.

Я вспоминаю, как его пальцы сдирали с моих кольцо, как его губы касались губ ведьмы… и понимаю: доверие — это роскошь для тех, у кого еще есть что терять. У меня не осталось ничего.

Толпа — безликое, гудящее, многоглазое чудовище, жадное до зрелищ. Их шепот впивается в кожу тысячами ледяных игл. Я не смотрю на них. Спина прямая, подбородок задран вверх. Они не увидят моих слез. Я запретила себе плакать.

Впереди, на возвышении, уже все готово.

Император на своем троне выглядит как статуя из льда, в чьих потускневших золотых глазах не отражается ничего, кроме усталости и долга.

Рядом с ним, словно вросшая в подлокотник, стоит Лиран. На ее устах играет тень довольной улыбки, а рука покоится на животе — его живот. На животе, который стал моим приговором.

И Рагнар.

Он стоит у заклинательного круга. Мой палач.

Меня выталкивают в круг из сложных, переплетенных рун, начертанных серебряной пылью прямо на темных плитах площади. Холодный камень обжигает босые ноги.

По периметру круга светятся ритуальные камни, которые должны сконцентрировать и направить магию в центр.

Лицо Рагнара словно маска, высеченная из камня. Ни единой эмоции. Он смотрит сквозь меня, сквозь толпу, сквозь сам этот мир, в какую-то свою бездну.

В тени, среди других членов Совета, я замечаю Лорда Кейрана. Его взгляд цепкий, оценивающий. Он изучает не меня, а Рагнара, словно пытается предугадать следующий ход в партии, правила которой известны только ему.

А еще он обменивается коротким, едва заметным взглядом с Лиран. Я уверена, что в глазах ведьмы проскальзывает триумф. Но почему она смотрит на самого ярого противника моего мужа в Совете? Политическая игра?

О чем я вообще думаю? Зачем я смотрю на них?

Сейчас это не имеет значения. Сейчас имеет значение только мой бывший муж с огнем в глазах и руках.

Рагнар начинает читать слова древнего ритуала. Его голос ровный, безжизненный, каждое слово отскакивает от каменных плит площади, как погребальный звон.

Я смотрю ему прямо в глаза.

Я не дрогну.

Не отведу взгляд.

Пусть он запомнит это.

Пусть запомнит мое лицо в последние мгновения нашей связи. Лицо женщины, которую он не смог сломать.

На мгновение его губы беззвучно шевелятся, и мне кажется, я читаю по ним два слова: «Прости меня». Но это, должно быть, игра воображения. Еще одна капля яда в мою чашу. Он поднимает руки.

Я закрываю глаза, вбивая в себя, как гвозди, одну-единственную мысль: я выдержу, я выдержу, я выдержу. Боль от ритуального огня, выжигающего метку с тела — ничто по сравнению с болью, что уже выжгла мою душу дотла.

Вспышка.

Я жду огня, который выжжет метку. Жду холодного, очищающего пламени, о котором читала в древних свитках. Жду боли, да, но боли ритуальной, символической. Придется просто немного потерпеть…