Книга Приют повышенной волшебности, страница 56 – koteistka

— И не увидишь, — отозвалась Клеопатра. — Дар один и уже выдан по назначению. Тебе достаточно знать, что этот оранжевый цвет означает. Этот, к примеру, — кивок на Пельменя, — когда-то голодал. Долго. Теперь прячет все, что считает ценным. А ценным он считает все, включая миски, воду и содержимое лотка. Поэтому, пытаясь все спрятать, он постоянно все раскидывает и делает только хуже.

— Поведенческая проблема на фоне пищевой депривации, — пробормотала Лера, записывая. — У нас про это две лекции было. Говорили — почти не корректируется, только менеджмент среды…

— Смотри, как корректируется, — решила побахвальствовать Рита и вошла в вольер.

Села на корточки, дождалась, пока кот закончит фортификационные работы. Подозвала Пельменя и начала гладить — медленно, с той самой тоской-нежностью, которая, как она уже поняла, и была ключом. "Бедный ты мой хомяк, — думала она, глядя, как золото стекает с ладони в пушистую голову, — никто у тебя больше ничего не отнимет. Теперь тебе грозит только сытость и счастье".

— Ты просто слишком много думаешь о прошлом, дружок. Лучше думай о своей новой, сытой жизни — прозвучало бонусом вслух.

Лера стояла, вцепившись в сетку. Она не видела оранжевого, но теплый и густой золотой свет был различим даже для нее, а еще волонтерка видела, как кот, весь состоявший из тревоги и запасов, вдруг обмяк под рукой, вытянулся, разжался — зримо, физически, как разжимается кулак.

Оранжевое сияние в голове Пельменя зашипело, беззвучно, но Рита чувствовала это вибрацией в костях. Цвет болячки растворялся, подернулся золотом и растаял, на секунду обернув голову кота прозрачной блестящей дымкой — легко, как иней на стекле от дыхания. Он моргнул, потряс ушами, словно сбрасывая воду.

Пельмень сел. Посмотрел на закопанную миску с выражением человека, обнаружившего у себя в кармане чужой кошелек. И старательно, деловито, откопал ее обратно.

Рита тут же достала телефон и отредактировала объявление Пельменя с облегчением удаляя строку "сложные отношения с лотком и наполнителем, раскидывает, нужен владелец, у которого хватит терпения мягко отучать от этой привычки и который будет готов смириться, если привычка не уйдет".

Все, теперь это просто активный, здоровый, молодой кот.

— Он… — Лера сглотнула. — Он откопал миску. Он же этого не умеет! Я это в дипломную возьму. Нет, не возьму, меня отчислят, да и рассказывать о таком нельзя. Но я это запишу, для себя!

Рита перевела взгляд на одного из соседей Пельменя. Терминатор был готов драться и нападать, но только если к нему лезут. Потому его не пришлось отселять от товарищей по вольеру, которые быстро смекнули, что к нему лучше не лезть даже с обычным обнюхиванием.

— А что с Терминатором произошло? — не выдержала она, заранее зная, что Клео не понравится вопрос такого рода.

— Я тебе не переводчик с кошачьего! Мы уже это обсуждали!

— Но я прошу тебя…

— Да, просим! Важно знать, в исключительно научных целях — присоединилась Лера — мне просто кажется, что ты такая мудрая, что видишь его насквозь и все о нем знаешь. Наверное, я не права…

— Конечно, я все знаю — словила крючок лести кошка и вздернула блестящий влажный носик — Этот разбойник слишком долго дрался за жизнь, чтобы поверить, что можно больше не драться. Его голова все еще живет на улице, там, где он потерял ногу. Хотя он уже полгода в приюте.