Книга Алмаз, страница 15 – Таня Лаева

Скальпель, щипцы и прочая утварь кувыркается в воздухе.

Но я уже не слышу, как она падает. Я выбегаю на улицу и кричу.

— КОСТЯ!!!

«Я все равно верну тебя… найду».

— Как ты нашел меня?

Смотрю в карие глаза. Все еще в его объятиях. Уже слишком долго.

— Ты мое задание, – его бархатный баритон все еще согревает меня.

Делаю шаг назад. Проваливаюсь глубже в пушистый сугроб. Стараюсь быть невозмутимой.

— На кого ты работаешь?

Встаю в защитную позу.

— На Алмаза. Слышала о таком?

Скрещивает руки на груди в ответ и облокачивается о ствол дерева.

— Кто ж не слышал… – напрягаюсь, – Знаешь, кто он?

— Нет, общается со мной исключительно по электронной почте под скрытыми аккаунтами.

— Где же он? – развожу руками в замороженной пустыне.

— Не знаю.

— Зачем я ему?

— Не знаю. Задание – вытащить девушку из погони. Я не знал, что это будешь ты.

Я все ждала, что он скажет, что Алмаз – это он. Продолжаю допрос.

— Думаю, его цель – Аристов старший. Иначе Рома был бы уже мертв еще вчера. Как считаешь?

Заигрываю с его смекалкой. Флер трогательности встречи развеялся в профессионализме двух не очень порядочных людей.

— А какие цели преследуешь ты, Татьяна?

— Хотела сбежать, но передумала. Надо завершить дело нашего Робина Гуда.

Ледяные иголочки побираются под одежду. Начинаю зябнуть.

— Зачем? – Костя удивлен, возможно он хотел сбежать вместе со мной…

Вспоминаю нашу последнюю встречу. Ком в горле забирает кислород.

— Зачем? – повторяет.

— Хочу убить Виктора Сергеевич Аристова, за все, что он сделал со мной, – достаю из кармана пистолет вместе с ненавистью и желанием мстить, – И на этот раз я не промахнусь. Идем со мной?

Соболев щурится.

— А мне то какая выгода? Дальнейших указаний у меня нет. Деньги у меня, – он хлопает по багажнику снегохода, посматривая на оружие в моих руках, – Будь я умным, я бы залег на дно… но…

— Но?

— Сколько же ты пуль достала из меня, черт тебя раздери?! – обнимает мое лицо холодными ладонями.

Вижу, как он трясется, от холода или чувств, не знаю. Костя скрытный, хладнокровный. Загадка для меня.

Его проницательный взгляд скользит по моим губами, и внутри все кристаллизуется.

— Сколько? – шепчу, чувствую его теплоту и запах, такой же, как и тогда.

— Достаточно для того, чтобы пойти с тобой, – его руки опускаются на мои плечи, – Но с одним условием.

— И каким же? – обнимаю его талию, шея уже затекает смотреть так высоко.

— Ты мне расскажешь, что ОН сделал с тобой! – опасные нотки, заставляют меня сглотнуть и отвести взгляд.

Прошлое. Мою шею сковывает невидимый ошейник. Хочу покончить с ним и отпустить. Моя боль умрет вместе с Аристовым.

Секундная вспышка. Прикосновение грубых рук, Передергивает. Прочь.

— Есть место потеплее? – выдыхаю в его грудь.

— Конечно.

Снова берет меня за руку, и снова мы разрезаем морозный воздух на ревущем снегоходе.

Солнце садится. Небо ярко-розовое. Облака напоминают мне сахарную вату. Папа всегда покупал мне на Дне Города, на Масленице, на всех городских праздниках Мирного. Дом. Отец. Эти два слова острее скальпеля, больнее пули в колено.

Крепче прижимаюсь к Косте. Он прибавляет газ. Уже через десять минут мы на месте.

Соболев прячет снегоход под снегом и валежником.

— Дальше пешком. Метель будет только ночью, а наши враги слишком быстрые.