Онлайн книга «Материя. Том 2»
|
Они попытались купить имущество, чьи свойства невозможно обозначить. Доппельгангер размышлял несколько часов, но все же составил контракт, который мог бы составить Безумный Шляпник, если бы подался в юристы, и который наверняка привел бы в восторг Королевский суд в Лондоне. Этот контракт состоял из экивоков, недосказанностей, злонамеренных умолчаний, нелепых терминов и оговорок столь густо, что его можно было прочесть дюжину раз – и все равно не понять, что именно по нему приобретено. Иной раз казалось, это что-то живое, напоминающее корову, другой – что это фабрика, или корабль, или бушель старой капусты… Договор был составлен филигранно, однако не помог – злосчастный соверен вернулся в карман почти мгновенно после того, как был уплачен. Они попытались разыграть многообещающую схему с эмиссией, Уэлч выписал самому себе вексель стоимостью один соверен, который попытался погасить монетой, но и тут не снискали успеха. Левиафан определенно предусмотрел подобные ухищрения, монета вернулась безошибочно, точно письмо в поджидающий почтовый ящик. Кажется, тогда они и начали понимать, что ситуация куда сложнее, чем выглядела поначалу. В Айронглоу они отыскали банк, находящийся на последнем издыхании, и положили соверен на его счет. Через два дня банк в самом деле скончался, но монета вернулась еще раньше, не дожидаясь, когда приставы в сопровождении полисмена явятся, чтобы опечатать сейфы и провести все предусмотренные законом процедуры. Они испробовали обмен. Возможно, удастся запутать Его Величество Левиафана, если перевести злосчастный соверен в иные валюты, имеющие хождение на территории Нового Бангора. Но и этот способ не принес им ничего, кроме разочарования. Под наблюдением Лэйда Уэлч менял соверен на швейцарские марки, итальянские лиры, датские кроны, испанские песеты, нидерландские гульдены и румынские леи – смертоносный кусочек золота возвращался как ни в чем не бывало. Отчаявшись, они использовали даже египетские пиастры, французские колониальные франки и бразильские мильрейсы – но с тем же успехом могли бы обменять его на раковины или акульи зубы, имеющие хождение среди полли. Попытка продать соверен на аукционе как нумизматическую диковинку тоже казалась здравой, но не увенчалась успехом. Вне зависимости от того, сколько за него удавалось выручить, проклятый золотой кругляк неизменно возвращался в карман Уэлча. В какой-то момент они дошли до того, что вознамерились принести монету в дар Девяти Неведомым – рискованный фокус, который Лэйд разрабатывал самолично, не доверив даже Доппельгангеру. Затея была неплоха, хоть безусловно опасна: он стер колени, вырисовывая на земле сложные узоры полинезийских рун, и сжег дюжину черных свечей из воска, смешанного с разными дрянными добавками. Судя по едва ощутимым эманациям, Девять Неведомых не проявили никакого интереса к этому дару. Некоторые из них испытывали слабость к золоту, но, видно, даже они чувствовали, кто за этим стоит. Уэлч попытался выкупить чужой долг по векселю – монета вернулась. Уэлч расколотил фонарь в Майринке и уплатил при помощи соверена штраф – монета вернулась. Уэлч уплатил фискальному двору налог за несуществующий выигрыш – монета вернулась. Уэлч подбросил ее на место преступления, чтобы ее конфисковали как улику, – монета вернулась… |