Книга Материя. Том 2, страница 37 – Константин Соловьев

Лэйд со вздохом отхлебнул вина, стараясь унять колыхнувшееся на дне души раздражение.

— Это не война, Бенджи. По крайней мере, не та война, где палят пушки, а огромные дредноуты сшибаются между собой, унося в бездну моряков. Скорее та, где старые склочные соседи мажут друг дружке дверные ручки дегтем. Нас с Вудманом сложно заподозрить в симпатии, это верно, но и за револьверы мы хвататься не спешим.

— Кто такой этот Вудман?

Лэйд мысленно вздохнул. Бенджамин Торп был великим мастером обходных маневров, при необходимости он мог три четверти часа кряду обсуждать тон галстука, подбираясь к интересующим его вещам. Но если он задавал прямой вопрос, лучше было отвечать сразу, не испытывая его терпения.

— Роберт Уильям Вудман, – неохотно произнес Лэйд, – оккультный специалист и метафизик. А еще – самовлюбленный болван, но последнее едва ли значится на его визитной карточке.

— Роберт?

— Так я и сказал.

— Я имел в виду…

— Не Оберт. Он не дитя Нового Бангора, а такой же узник, как мы с тобой. Прибыл на остров года четыре тому назад, имея из багажа один только саквояж. В нем не нашлось бы ни единой пары чистого белья, ни чайной ложки, ни даже бритвы, зато он был битком набит титулами и регалиями. Черт, послушай сам! Великий Меченосец Объединенной ложи Англии, старший субстанциальный маг в Обществе розенкрейцеров, освобожденный адепт храма Исиды-Урании в культе Жертвенного Колоса, жрец гнозиса в ордене Золотого Солнца, доктор каббалы в Ордене Fraternitas Noctis Obscurae, первосвященник Авиньонского общества, серебряный аббат во «Всеблагом Минотавре»… Черт, я сотру язык до кости, прежде чем перечислю половину его титулов!

Торп уважительно склонил голову.

— Ого. И в самом деле внушительная коллекция. Не удивлюсь, если этот человек сбежал в Новый Бангор только для того, чтобы не платить членских взносов во все эти достойные организации.

Лэйд едва не ухмыльнулся в ответ.

Бенджамин Торп никогда не сорил остротами, полагая, что зубоскальство недостойно джентльмена, однако обладал отменным чувством юмора – того самого сорта, что невозможно раздобыть в тропических широтах и которое производится только на благословенных британских берегах.

— К тому моменту он уже обзавелся своей собственной. И какой! Одно название звучит так, что, если бы я отсылал на его адрес корицу и изюм, счел бы себя обязанным увеличить счет по меньшей мере на два пенни. Только послушай! Герметический орден Золотой зари!

— Премилое название, – сдержанно согласился Торп. – С таким названием, наверно, будет непросто стирать белье, или производить сливовое варенье, или чем он там решил заниматься в здешних краях. Лишь бы не сочинением стихов. У этого мира есть много пороков и недостатков, но двух Вудман он может не вынести…^[32]

Лэйд передвинул свой бокал с вином на три дюйма правее по столу, хотя тот совершенно в этом не нуждался. Так иногда шахматные фигуры бесцельно перемещаются по доске, изображая маневры, не из стратегической выгоды, а только лишь чтобы потянуть время.

— Ни варенья, ни грязного белья. Это куда более серьезная контора, Бенджи. Видишь ли, мистер Вудман – чудотворец.

Торп не удивился, его глаза не изменили оттенка, но по лицу, кажется, скользнула бледной тенью улыбка.

— Чудотворец? Прекрасно. Надеюсь, он не вздумает наполнять сети рыбой или кормить пять тысяч человек пятью хлебами. Если он заявится в Хукахука с подобной программой, то рискует навлечь изрядно неприятностей на свою голову, как тот, другой джентльмен почти две тысячи лет тому назад…