Книга Глубже моря любви, страница 114 – Макс Линн

Жениться снова и раскошеливаться он не собирался. Проблемой оставалась заболевшая онкологией мать девушки.

"Пока жива, подожду. А нет, так потороплю процесс". - пропустил он в голове мысль и, не сдержавшись, облизнулся на девичьи прелести.

Его жена, расставляя прозрачные стеклянные стаканчики с дымящимся ароматным чаем, делала вид, что все в порядке. Сама же превратилась в один сплошной слух.

В утренних новостях, касающихся событий в стране, как раз передавали репортаж о сорванном праздновании бракосочетания известного владельца сети отелей и общественного деятеля, "вклады которого в экономику государства, приносят значительную пользу Ирану и его народу..."

Выслушав пафосные фразы репортера, Шахла не удержалась и оглянулась на огромный, на всю стену экран домашнего кинотеатра, купленного мужем только для просмотра в бируни.

В женской части особняка не предусматривалось телевизора, чтобы обслуга и ханум в их числе не отвлекались от непрекращающихся даже в выходные дни домашней работы и забот о хозяине — аге Говаде.

— В йогурте сегодня мало огурца и меда. — заметил супруг, перебив на мгновение изложение подробностей о прерванной свадьбе на острове Киш. — Кто готовил?

— Я, как обычно. — опустив голову, призналась Шахла.

— А у меня попался гнилой инжир и джаджик* пересолен. — с полным ртом отозвался один из пасынков, не особо уважающий мачеху и ее старания. Напротив, использующий любой повод нажаловаться.

— Моя дыня несладкая. Давно надо сменить доставщика овощей и фруктов. — поддакнул средний совершеннолетний сын Говада, толстяк Кахраман, как и папочка, любящий не только поесть, но и покомандовать, изображая из себя султанского отпрыска.

— Хорошо. Арзу приготовит новый. — беря полную пашотницу с сервировочного блюда и в очередной раз сжимая в себе пружину раздражения, согласилась мачеха. — Если хотите, ага-джан, я принесу вам другой йогурт?!

Ее муж лишь отмахнулся, давая понять, что она никчемная, и исправление ошибок запоздало.

Услышать, наконец, такие важные для нее подробности об атаке дрона-камикадзе, о подозрениях полиции в свершившемся террористическом акте и, главное, кто стал его жертвами, женщина не смогла.

"Меня постоянно отвлекают! Хотя, именно на мои кровные произошли, мягко говоря, неприятности на свадьбе арбы Рахнамы с ханум, имя которой не называлось. Почему-то по этическим соображениям". - подумала Шахла, анализируя новости.

Хозяйка дома смогла уловить лишь концовку репортажа, в котором высказался а коротком интервью, данном журналистам, помощник и ответственный за связь с прессой господин Делшад Д.:

— Мы потрясены случившимся, несмотря на предпринятые серьезные меры по охране прилегающей территории и места организации свадьбы. Это вопиющие случаи террористических нападений. Как на площадке в шатре жениха и невесты, так и неподалёку — на берегу Персидского залива. Вопрос в том, насколько иранское общество в целом готово принять такую логику действий заказчиков, будто получающих официальную лицензию на убийство...

— Рафинад в сахарнице отсырел. — пробурчал муж и Шахла в ответ готова была запустить этой сахарницей ему в лоб, пытаясь и дальше вникнуть в суть.

А помощник Зхубина продолжал:

— Мы — штатные сотрудники команды арбаба Рахнамы, как и многие высокопоставленные гости сегодняшнего свадебного торжества, с такой постановкой вопроса не согласимся никогда. Как и в случае всех остальных подобных трагедий в Иране, будем настаивать на расследовании произошедших убийств здесь — на мирном курортном райском острове Киш, сделает все для привлечения виновных к ответственности и прекращения этой кровавой практики с шахидами, направляемыми запросто на гражданских людей, — раз и навсегда!