Книга После нас, страница 144 – Катерина Затула

— Я зажимистый старик, Аверина. К пенсии кое-что накопил. Есть что тебе показать.

Я заинтересованно подалась вперёд и задумчиво коснулась пальцем подбородка.

— Так-так… И что же именно?

В его глазах мелькнула откровенно пошлая усмешка.

— Дома узнаешь, внученька.

— Даже боюсь представить, что ты хранишь в своих пенсионных накоплениях.

Взгляд Никиты медленно опустился к моим губам.

— Накопления всегда при мне, Катя. И ты уже держала их в руках.

Щёки мгновенно обдало жаром.

— Какая отвратительная метафора. Мне нравится.

Я рассмеялась, но Никита уже не улыбался. Веселье постепенно исчезло из его глаз. Он провёл ладонью по подбородку и снова посмотрел на меня — на этот раз совершенно серьёзно.

— Говоря откровенно, ты могла бы найти мужчину намного лучше меня.

Я замерла. Эти слова настолько не соответствовали Никите, что сначала показалось — ослышалась. Он никогда не считал кого-то лучше себя. Ни в работе, ни в жизни, ни тем более рядом со мной. Никита тяжело выдохнул, но продолжил:

— Ты могла бы найти мужчину мягче, спокойнее. Того, кто будет спрашивать разрешения перед каждым решением и говорить правильные слова вовремя.

Он замолчал и посмотрел куда-то в сторону, затем снова перевел взгляд на меня.

— Я таким не стану, — произнёс он. — Мне сорок три года. Я привык руководить людьми, принимать решения и получать то, чего хочу. Я давлю. Иногда слишком сильно. Часто понимаю это позже, чем следовало бы.

— Иногда?

— Не наглей, Аверина.

Я опустила взгляд, скрывая очередную улыбку.

— Я не знаю, что из этого получится, — продолжил Никита. — У нас обоих сложные характеры. Ты не умеешь уступать. Я привык давить. Ты сначала делаешь, что решила, а потом сообщаешь остальным. Я вообще не считаю нужным сообщать, пока всё не сделал.

— Какое удивительное самопознание.

— Я серьёзно, Катя.

Улыбка исчезла с моих губ. Он сидел напротив, положив ладони на стол. Спокойный, собранный, внешне всё тот же Азаматов. Но я чувствовала, каких усилий ему стоил этот разговор. Никита привык предлагать только то, в успехе чего не сомневался. Подписывать проверенные документы, принимать просчитанные решения, заходить в сделки, где заранее понимал риски. Сейчас он впервые честно признавал, что ничего не знает.

— Мы оба уже один раз всё испортили, — сказал он. — Я не обещаю, что теперь станет легко. Скорее всего, не станет.

— Очень вдохновляющая речь.

— Зато честная.

— Никита, давай будем откровенны друг с другом. Ты сам говорил, что не понимаешь, видишь ли со мной будущее. Потом позволил мне уйти. А теперь появился только из-за Алисы.

— Сначала — да.

Его ответ ударил больнее, чем должен был. Я отвела взгляд. Вот и вся правда. Если бы не Алиса, мы бы сейчас не сидели за одним столом. Никита продолжал бы жить в Барвихе, управлять своим холдингом и менять женщин, а я — убеждать себя, что давно его забыла.

— Посмотри на меня, — потребовал он.

— Не хочу.

— Катя.

Я всё-таки подняла глаза.

— Из-за Алисы я пришёл, — повторил он. — Потому что узнал о дочери и был в ярости. Но в твоей постели оказался не из-за неё. Пять дней не приезжал и всё равно думал о тебе. Сегодня хочу продолжить не только потому, что мы подписали документы.

Сердце забилось быстрее.

— Тогда почему?

— Потому что мне нужна ты.