Книга Позорница ректора академии драконьей крови, страница 210 – Ксения Соболева

— Разумеется, возражала бы. Это мой лекарский доступ.

— Теперь в нём есть архивный помощник, которого нельзя вызвать через дисциплинарный канал без вашего согласия.

Лиор открыла рот. Закрыла. Посмотрела на меня.

— Вот за это я его сегодня не ударю.

— Щедро, — сказал Каэль.

Я медленно выдохнула. Тарен защищён. Хотя бы формально. Хотя бы на время. В этом доме формальности иногда спасали жизнь, если успеть поставить их между человеком и ножом.

— Хорошо, — сказала я. — Тогда мы союзники?

Каэль посмотрел на подписанный документ.

— Вынужденные.

— Лучший вид союзников. Не надо притворяться друзьями.

— Мы не друзья, Лиана.

Имя прозвучало тихо. Без ректорской дистанции. Без холодного «кадетка». Я почувствовала, как внутренне напряглась. Лиор тоже заметила, но, к счастью, промолчала.

— Нет, — сказала я. — Не друзья.

— И вы мне не доверяете.

— Нет.

— Я вам тоже не доверяю полностью.

— Разумно. Я уже однажды открыла рот на общем собрании.

— И почти разрушили систему внутреннего замалчивания, которую многие строили годами.

— Вы так говорите, будто хвалите.

— Возможно, часть меня хвалит. Другая пытается рассчитать ущерб.

— Какая из частей главная?

Он посмотрел на меня так, что снова стало слишком тихо.

— Пока не знаю.

Вот это было опаснее улыбки.

Лиор резко встала.

— На этом человеческие признания прекращаем. Ректор, если вы собираетесь вести её ночью в архив, мне нужен список маршрута, перечень открываемых секций и право забрать её обратно при первом признаке магического отката.

— Получите.

— Не «получите», а сейчас.

Каэль молча достал ещё один лист и протянул ей. Лиор взяла, пробежала глазами и снова поморщилась.

— Вы действительно готовились.

— Я сказал: всю ночь.

— Не надо делать вид, что трудолюбие заменяет вменяемость.

Пока они спорили о маршруте, я снова взяла пропуск и провела пальцами по строкам. Материалы по реформе печатей после исчезновения седьмой линии. Где-то там мог быть ответ, почему Морвэйны исчезли. Почему их кровь прятали в служении. Почему Мариэль оказалась в хозяйственном крыле с запретом на проверку крови. Почему Лиану приняли, наблюдали, травили и привели в Северную башню. Почему мужская фигура с ректорской печатью стояла у ритуального круга. Почему Каэль сейчас сидит рядом со мной, предлагает сделку и выглядит так, будто в ней для него тоже есть не только расчёт.

— Каэль, — сказала я.

Он повернулся.

Лиор демонстративно замолчала, но не отошла.

— Если я найду в этих архивах доказательство, что дом Арденн участвовал в исчезновении Морвэйнов, вы не сможете спрятаться за академией.

— Знаю.

— Если найду доказательство против вас лично — тоже.

— Знаю.

— И всё равно даёте доступ?

— Да.

— Почему?

Он долго молчал. Я уже подумала, что сейчас снова будет «потому что иначе Совет», «потому что нужно время», «потому что это единственный безопасный путь». Всё это правда, но не полная.

— Потому что если я не дам вам доступ, вы найдёте другой путь, — сказал он наконец. — Опаснее, глупее, с Нарвом, без охраны, через дыру в стене и с запиской под подушкой на случай смерти.

Я моргнула.

— Вы знали про записку?

— Лиор нашла.

Я медленно повернулась к Лиор.

Она пожала плечами.

— Вы слишком предсказуемо прячете предсмертные инструкции.

— Предсмертные инструкции?