Книга Позорница ректора академии драконьей крови, страница 230 – Ксения Соболева

Лиана Вейр.

Рядом отметка: «Родовой признак подтверждён визуально при поступлении. Отклик слабый. Продолжить мягкое давление до проявления».

Мягкое давление.

Я смотрела на эти слова и чувствовала, как поцелуй, магия, кровь, всё личное отступает перед холодной, огромной яростью. Мягкое давление — это их слово для травли, унижений, браслетов, одиночества, писем, фан-клуба, смеха, Северной башни. Они не просто наблюдали. Они выращивали проявление через боль.

Каэль стоял рядом очень тихо.

— Теперь, — сказала я, — это уже не предположение.

— Нет, — ответил он. — Теперь это доказательство.

Я посмотрела на него.

Между нами всё ещё стоял поцелуй. Как угроза. Как обещание. Как ошибка. Как правда, которую нельзя вписать в протокол и нельзя просто стереть.

— Мы продолжим сделку, — сказала я.

— Да.

— Но то, что было в коридоре—

— Не станет поводком, — сказал он.

— И клеткой.

— И клеткой.

— И слабостью, которую вы запрёте.

Он посмотрел прямо на меня.

— Нет.

Я не знала, верю ли.

Но впервые мне показалось, что он сказал это не как ректор, обещающий невозможное, а как человек, который тоже боится собственной привычки закрывать двери — и всё же пытается оставить эту одну открытой.

Я отвернулась к документам.

— Тогда работаем.

За окном лекарского крыла ночь была чёрной. В академии спали те, кто ещё мог позволить себе сон. А перед нами на столе лежали бумаги, за которые древняя тень пыталась нас убить, кровь на наших ладонях ещё не высохла, и прежняя Лиана Вейр наконец начинала возвращаться из краткой выписки в полное дело.

Не смешная.

Не безумная.

Не позорница.

Доказательство.

Глава 25. Цена слабости

Утро после древней тени, крови, найденных документов и поцелуя началось с тишины Каэля.

Не с его отсутствия — к отсутствию я уже привыкла бы легче. Отсутствие можно было объяснить делами, опасностью, ночным разбором пакетов, необходимостью закрыть архивные секции, спрятать копии, поставить печати, вызвать Гравена, Лиор, Дейн, сверить приложения, подготовить следующий удар. Отсутствие оставляло простор для разумных причин. Тишина же была другой. Она пришла в виде распоряжения, принесённого утром не ректорским секретарём Эйраном, не Каэлем лично, даже не Лиор, а сухим служителем учебной части, который встал у двери моей палаты с лицом человека, заранее решившего ничего не понимать.

«Кадетка Лиана Вейр временно освобождается от участия в следственных действиях преподавательской комиссии до стабилизации состояния после магического отката. Кадетке предписывается оставаться в пределах учебного и лекарского крыла, не посещать архивные, ритуальные, хозяйственные и закрытые административные зоны без письменного сопровождения назначенного преподавателя. Нарушение распоряжения будет расценено как угроза собственной безопасности и основание для расширения наблюдения. Подписано: ректор Академии драконьей крови Каэль Арденн».

Я прочитала лист один раз. Потом второй. Потом ещё раз, уже не потому, что не поняла, а потому что какая-то наивная часть меня всё ещё искала между строками другое распоряжение. Может быть, там было «временно, чтобы обмануть Совет». Может быть, «публично отстраняется, тайно получит доступ через Лиор». Может быть, «не выходить до вечера, потому что Роан готовит нападение». Нет. Формулировки были слишком ясными. Стабилизация состояния. Угроза собственной безопасности. Расширение наблюдения. Язык клетки снова пришёл в красивом мундире заботы.