Книга Круговорот и тени, страница 307 – Джин Родман Вулф

Р. Ф.: В этом рассказе есть момент с внезапно заговорившим трупом, что и подтолкнуло Терри Карра в предисловии к ежегодной «Лучшее из…» припомнить анекдот о вашей способности удивить читателя.

Дж. В.: Мне хотелось показать, что раса жертв – в действительности сверхлюди. Именно это обстоятельство и превратило Пола в героя: ведь тигр-людоед, должно быть, тоже считается героем среди собратьев, тигров. Сделать это следовало как можно раньше, в самом начале рассказа, а что может быть более «сверхчеловеческим», чем способность пусть временно, ненадолго, воскресать из мёртвых? Именно таким образом, из материала самого повествования, и вырастает самое удивительное, чудесное, если автор готов отвечать за выбранный материал в полной мере.

Р. Ф.: Кстати, материал «Покоя» показался мне свежим, весьма необычным… не автобиографичен ли он?

Дж. В.: Отчасти, но не особенно. Отец мой родом из Логана, штат Огайо. Мальчишкой я несколько раз ездил туда, и порой довольно-таки надолго, а однажды прожил там около года. Воспоминания об этом много чем помогли мне в работе над «фоном», но это, пожалуй, и всё.

Р. Ф.: Такое ощущение, будто «Покой» рассказывает нам некий сид, упомянутый на последних страницах книги. Некое бессмертное существо, живущее, постоянно возрождаясь к жизни. Что именно происходит там с Олденом Виром?

Дж. В.: Вир мёртв. Мёртв, и дух его заново переживает его жизнь, путая её с домом, построенным Виром в последние её годы. Вспомните: в конце книги мисс Болд просит о разрешении посадить дерево на его могиле. Падение этого дерева в самом начале, согласно старинному суеверию, освобождает дух Вира.

Р. Ф.: Вопрос из области спонтанных ассоциаций: что первым делом приходит вам в голову при упоминании «Операции “Арес”»?

Дж. В.: «Хохот в ночи», моё собственное название для этой книги. От продажи до выхода «Операции “Арес”» в свет прошло три года, а её издания почти никто не заметил. На мой взгляд, работа так себе, ученическая, примерно на уровне средненьких книжек в мягких обложках.

Р. Ф.: А есть ли у нас ещё место для оригинальных романов ученического уровня в мягких обложках?

Дж. В.: Я наблюдаю скромное, но явное увеличение рынка. Романы ужасов идут под горку, юмористическое и научное фэнтези на подъёме… а, впрочем, для хорошей книги, в каком она ни будь жанре, место найдётся всегда.

Р. Ф.: Видите ли вы не раскрытый по сию пору потенциал в области научного фэнтези?

Дж. В.: Разумеется. Научное фэнтези сейчас примерно там же, где пребывала научная фантастика пятьдесят лет назад. Не стану даже гадать, насколько он может оказаться велик.

Р. Ф.: К чему вы относите «Книгу Нового Солнца»? К чистому приключенческому фэнтези или к гибридному, научному? В первом же эпизоде «Тени палача» у вас появляются флайеры и энергетические пистолеты, в «Когте Миротворца» – передача материи на расстояние, а в «Мече ликтора» Агия при посредстве Гефора натравливает на Севериана инопланетных тварей.

Дж. В.: «Книгу Нового Солнца» я отношу к научному фэнтези, под которым понимаю научно-фантастические истории, рассказанные с точки зрения, с привкусом, так сказать, фэнтези. Фэнтезийных элементов – к примеру, магии в фэнтезийном смысле – там нет. Есть путешествия во времени, однако это уже не из фэнтези, а из НФ. Есть гипнотизм, ловкость рук и ещё кое-что, но всё это взято если не из мира науки, то из реального, обыденного мира.