Книга Перелом, страница 113 – Полина Ром, Дмитрий Лим

Но они видели лишь верхушку айсберга. Тень, которую отбрасывал мой бизнес, была куда длиннее и темнее, чем могла показаться на каменном полу третьего уровня. И когда тайный капитал достигнет нужной отметки, я сам решу, кому остаться на поверхности, а кому пойти на дно Чёрной реки.

Я подбросил в огонь ветку. Вспыхнуло яркое, жадное пламя. Моё пламя. И я собирался раздуть его так, чтобы оно пожрало весь этот проклятый Ствол.

После сделки с Кордом и начала производства я упёрся в потолок. Второй уровень был хорошим рынком, но ограниченным. Хаар и ему подобные торговцы раскупали мои масла, но их аппетиты были скромными. Пять, десять ампул в месяц — дальше спрос упирался в то, что у людей второго уровня банально не хватало серебра на большее. А серебро мне было нужно. Много серебра. Тайный кувшин под полом кузни Брина наполнялся, но слишком медленно для того, что я задумал.

Я чётко осознавал экономику своего производства. Гнать бражку для «каменной крови» на нижних уровнях было просто и дёшево: сырьё валялось под ногами, оборудование примитивным. Но с эфирными маслами всё обстояло иначе. Это был процесс, требующий аккуратности, терпения и несоизмеримо бóльших затрат.

Выход масла был крошечным. Из стандартного пучка травы, граммов на двести-триста, я получал от силы один, может быть, полтора грамма чистого масла. Иногда — меньше, если трава была собрана не в то время или хранилась неправильно. Платить за эти пучки серебром было откровенно невыгодно — расходы на сырьё сожрали бы всю прибыль, превратив золотую жилу в убыточное ремесло.

Поэтому я отправлял своих людей наружу, к заброшенным геотермальным оазисам, где сквозь трещины в камне пробивалась скудная зелень. Они косили дикую лаванду и мяту бесплатно, неся в Ствол целые охапки отборных, богатых эфирными веществами стеблей. Чтобы наполнить одну крошечную ампулу, нужно было перегнать не один десяток пучков. Это делало каждую каплю буквально на вес серебра.

Для получения масел мне пришлось построить отдельный прибор. Использовать старый перегонный куб, в котором я гнал брагу, было категорически неудобно — малейший запах спиртовой бражки убил бы тонкий, хрупкий аромат. Каждый раз приходилось долго и терпеливо отмывать медь от сивухи, тратя не только мыло, но еще и силы и время.

Я заказал Брину новую конструкцию из меди. Она была меньше стандартного куба, но сложнее устроена: нижний котёл для кипящей воды, над ним — перфорированный медный колосник, куда я укладывал траву, и плотно пригнанная куполообразная крышка, уводящая пар в спиралевидный холодильник.

Процесс был небыстрым. Вода в котле кипела, пар проходил сквозь слой травы, вытягивая эфироли, и конденсировался в приёмник. На выходе я получал два ценнейших продукта.

Первым был гидролат — цветочную воду, насыщенную микроэлементами и тонким ароматом. Гидролата, к счастью, получалось много — почти весь объём воды, пущенной на пар, возвращался в виде ароматизированного конденсата. На этой гидролатной воде мы варили великолепное мыло премиального сорта. Оно пенилось лучше обычного, не сушило кожу и оставляло на руках едва уловимый цветочный шлейф. Это был отличный товар для второго уровня, дорогой, но всё ещё доступный местным торговцам.

А вторым продуктом было само эфирное масло. Крошечные, но невероятно концентрированные капли, которые всплывали над гидролатом тонкой желтоватой плёнкой. Масло было прямым высшим сортом, моим секретным оружием для верхних ярусов. Я аккуратно собирал его по каплям, смешивал с чистейшим ректифицированным спиртом из своего старого куба и получал аналог духов — летучую, стойкую эссенцию, нечто, чего в Стволе не видел никто.