Книга Ловушка для полоза, страница 42 – Дина Сдобберг

В грохоте завязавшегося ожесточённого боя, защитники не сразу поняли, что происходит. Со стороны одного из павших острогов, грозной волной света неслась тяжёлая, закованная в латы от шлема всадника, до конских копыт, конница под рукой нежинского воеводы. Молодого тогда Гордея Ярославовича.

Вскоре и сам воевода влетел на рослом жеребце во двор крепости, снося ворота.

— Не успел, - в ужасе обводил он взглядом двор, заполненный телами погибших защитников.

— Как вы пробились? - устало спросил его тогда Касиан.

— Ведьмы не одну полную звезду собрали. Их чары, как щитом, нас накрыли, - рассказал ему Гордей.

— Ведьмы, значит. - Сжал челюсти Касиан. - А что же раньше собраться они не могли? Седьмица прошла. Хоть на день...

В дозор заступали новые дружины, стучали молотки и кувалды ремесленников, ремонтирующих стены, возводивших новые бойницы... А жалкие остатки Зареченской дружины провожали в последний путь погибших.

— Пусть будет светел твой путь, славный воевода Горыня Добрынич, - произнёс Касиан, укладывая на подводу рядом с телом воеводы найденный меч, что служил ему верой и правдой при жизни.

— Княгиня спросит... Может говорил что... Последнее, - опустив голову, спросил у Касиана боярин Гордей.

— Что дочь, это единственный свет, что озарял его сердце, - вспомнил Касиан.

Сам он отправился в столицу приморских земель, Дивноморье, с чёрной вестью и сопровождая подводы с павшими. Как старший по положению, а за битву на Мёртвом Холме он получил звание магистра, именно он должен был проследить, что последний морской царь получил заслуженные почести и был похоронен по обычаю Приморья.

Волшебные артефакты на шпилях боярского терема заголосили, оповещая город о приближении того, в ком есть кровь местных правителей. Вот только золотые петушки почернели, словно копотью покрылись.

Боярыня Марья Мореславовна встречала их у крепостных ворот. И так она была хороша, что Касиан впервые вспомнил о том, что доспех после боёв так и не сменил, и сапоги не чищены. Что обзавёлся двумя широкими прядями седины по бокам, что осунулся до торчащих скул и похудел, если не сказать отощал.

Но и глаз от девушки отвести не смог. А она несколько раз судорожно вздохнула, еле слышно всхлипнула и прикрыла глаза. Сверкнули под густыми ресницами слëзы. И только.

Через мгновение распахнула красавица очи. Недавно вроде синие с зеленью, сейчас обесцветились, посерели, потемнели... Словно буря на Дивьем море началась. Не зря о боярах Приморских говорили, что они из моря вышли, морские дети.

— Благодарю вас, люди добрые, ратники славные, за почёт да уважение, что павшим нашим родичам оказали, - в земном поклоне склонилась девушка. - Прошу, будьте гостями в доме моём отчем. Отдохните с дороги да тризну нашу с нами разделите.

Ответить ей никто не успел, полетели приказы, которые тут же бросился исполнять разный люд. Марья Мореславовна выстилала отцу и погибшим с ним гладкий путь в посмертие.

Касиан лишь наблюдал за тем, как девушка умудрялась не только отдавать распоряжения, но и контролировать сотню дел разом, точно помня, кто и за что отвечает.

— Удивительно, - произнёс он вслух, думая что сейчас один. - Столько силы, такая воля...

— А то ж, - ответил ему дородный пожилой ратник, что при юной боярышне ходил нянькою. - Чай не простая боярская девка, а царевна! Вот, велела тебя в баню позвать. Накормить, да спать уложить с дороги. Ночью ратников наших будем за море провожать.