Книга Первенцы, страница 128 – Дарья Чернышова

— Весь внимание! Соловей, принеси-ка чего покрепче, пусть девчонки чуток отдохнут.

С низкой скамьи у дальней стены поднялся человек, в котором все, от взгляда до походки, выдавало новое лицо в устоявшейся общине. Гашек поймал себя на мысли, что никогда не ощущал подобного в ханзе – может быть, дело в меньшем количестве людей. Человек, нервно подкрутив пальцем светлые усы, вышел из зала, не поднимая глаз, а другой, его сосед, указал Гашеку на освободившееся место. Соловей вернулся с двумя кружками, которые резковато, с брызгами, поставил на стол, и гетман едва заметным жестом отослал его прочь.

— Если не возражаешь, сразу к делу, – начал Бруно, и Гоздава с готовностью кивнул. – Сколько у тебя людей?

Гетман ответил незамедлительно:

— Десять хоругвей, почти все полные… Ну, значит, под сотню. Есть несколько новобранцев, но они толковые. Ты ж знаешь, я абы кого не беру.

— Хорошо. Как скоро можете выдвигаться?

— Да хоть завтра. Правда, здесь сейчас не все. Тут неподалеку господская разборка, в нее затесались мои ребята.

Бруно крепче сжал ручку пивной кружки.

— Много?

— Мне заплатили только за братьев Чубов и их хоругви. Стало быть, около тридцати.

— Много, – с тенью досады отметил главарь. – Мы их подождем.

Гашек воспользовался слегка затянувшимся молчанием и уточнил:

— А в чем причина… господской разборки?

Только теперь гетман посмотрел прямо на него – и оценил, кажется, невысоко. Нахмурился.

— Это кто? Я его не помню.

— У меня тоже бывают новобранцы, – ответил главарь, и взгляд его блеснул искрами. – Это Гашек, – представил он и подчеркнул: – из Кирты.

— Ого, – протянул наемник, и Гашек почти ощутил, как необъяснимо поднялся в его глазах. – Ну, будем знакомы. А господа-то того, бабу не поделили. Вроде как один у другого ее уволок перед самой свадьбой и…

— Предлагаю вернуться к нашему разговору, – осторожно перебил Бруно. – Что со снаряжением и лошадьми?

— А у тебя серебро или золото? – усмехнулся гетман, мгновенно позабыв и о Гашеке, и об истории с господами.

Главарь сунул руку за пазуху.

— Камни, – сказал он и выложил на стол яркий неограненный сапфир. – Есть даже рубины с крысиную голову, как ты любишь.

Гоздава вскинул брови и присвистнул.

— Ты что, замок хочешь брать?

— Не замок. Город.

— Какой?

— Столицу.

Кто-то из присутствующих вымученно закашлялся.

— С сотней человек под такие стены? – Гетман покачал головой, пряча камень во внутренний карман. – Раньше шутки у тебя были посмешнее.

— Стены нам не помеха. Мы войдем в город перед самыми выборами, сопровождая достойнейшего из кандидатов.

— Кого же это?

— Скорее всего, Отто Тильбе.

Наемник почесал лоб указательным пальцем.

— Это который женился на дочке Крушителя Черепов? Слыхал, слыхал. А почему он?

— Звучит красиво, – с улыбкой ответил Бруно, – «владыка Тильбе».

— Я понял, – сказал гетман, оскалившись. – Ну, хорошо. Кстати, недавно…

Неожиданно в зал мрачной тучей залетел нечесаный амбал, и Гоздава с гордостью представил гостям Кулхавого, одного из своих хорунжих. Тот бодро кивнул, узнав Бруно, коротко поприветствовал ханзу и махнул рукой, идите, мол, за мной.

В узкой кишке коридора им встретилась женщина с плачущим младенцем у отвисшей груди и маленькая девочка, которая несла полное ведро воды едва ли не тяжелее нее самой. Гашек повернулся боком, чтобы не задеть их, но, как оказалось, излишне – они привыкли к этому месту и знали, как разминуться со встречными, не замедляя шага. На пятки тут же наступил кто-то из людей гетмана, и Гашек, не успев обернуться девочке вслед, поспешил догнать впереди идущих.