Книга Темные гастроли, страница 15 – Валерий Шарапов

— Вот так и живем: скромно, но со вкусом, — перехватив внимательный взгляд майора, пошутил главврач. — Присаживайтесь. Как, вы сказали, вас зовут?

— Девяткин Александр Евгеньевич, — представился майор, устраиваясь на жестком стуле с высокой спинкой.

— Могу я обращаться к вам по имени-отчеству? — поинтересовался главврач. — Или лучше «товарищ майор»?

— Как вам будет удобнее, — позволил Девяткин. — Так вы в курсе состояния пострадавших?

— Разумеется, — главврач энергично кивнул. — Как ведущий хирург и заведующий отделением экстренной хирургии я обязан держать подобные дела под контролем. Но здесь речь не только о контроле и обязанностях. Вчера я оперировал одного из пациентов, которые вас интересуют.

— Вот как? Это замечательно, — почему-то обрадовался Девяткин. — Кого именно?

— Здражевского. Его состояние вызывало большие опасения, поэтому я принял решение лично провести операцию. Второго, Фурманова, оперировал не менее квалифицированный хирург из нашего штата. — Во время разговора главврач то и дело перекладывал папки, лежавшие на столе. Руки его постоянно находились в движении, и это создавало не слишком хорошее впечатление.

— Вы нервничаете? — в лоб спросил майор.

— Почему вы так решили? — не слишком удивившись, спросил главврач.

— Ваши руки, — пояснил майор. — Вы не находите им места, а такое происходит по двум причинам: либо у вас неврологическое расстройство, из-за которого у человека возникает непреодолимая потребность двигаться, либо вы находитесь в состоянии нервозности от страха, неуверенности или тревоги. Предположить, что ведущий хирург страдает от неврологического расстройства сложно, поэтому остается всего одна причина для подобного поведения… Итак, спрашиваю второй раз: Николай Николаевич, вы нервничаете?

Главврач улыбнулся, руки его почти сразу расслабились и спокойно легли на столешницу. Глядя майору в глаза, он произнес:

— Признаться, Александр Евгеньевич, не ожидал услышать из уст сотрудника милиции столь точную характеристику нервозных состояний. Кто-то из ваших родственников причастен к медицине?

— Сестра жены, — улыбнувшись в ответ, признался Девяткин. — Только она еще учится. Знаете, совершенно неожиданно в тридцать лет она решила сменить профессию и поступила в медицинский институт. Не так давно она сдавала курс неврологических расстройств.

— Теперь все прояснилось. — Главврач откинулся на спинку стула и произнес: — Что ж, должен признаться: насчет волнения вы угадали. Я действительно нервничаю, и довольно сильно. Хотите знать почему?

— Не хотел бы — не спрашивал, — ответил Девяткин.

— Дело в вашем визите, Александр Евгеньевич, — честно ответил главврач. — Мое отделение не так часто принимает в своих стенах жертв насильственных действий. Не стану скрывать, поножовщины у нас хватает, но почти все случаи относятся к травмам бытового порядка и совершаются в состоянии алкогольного опьянения. Муж с женой не поладили, телевизор во время трансляции футбольного матча не поделили. Друзья-приятели перебрали лишнего, зацепились слово за слово, и спор перерос в пьяную драку. Армейские товарищи влюбились в одну и ту же девушку и на фоне ревности порезали друг друга. Вот как в нашей больнице выглядят классические жертвы ножевых ранений.