Книга Два типа незнакомцев, страница 99 – Стив Кавана

Так что совет Эдди Кейт передала ей в максимально завуалированной форме. Излагая всё как бы гипотетически.

«В том маловероятном случае, если вдруг случится нечто подобное, именно такой и будет реакция надзирателей…»

Они поговорили всего пару минут, и Элли повесила трубку.

Кейт откинулась на спинку кресла и уставилась в потолок. Сегодня вечером она переступила черту. Она сказала себе, что позволила себе такое единственный раз в жизни. Этого больше не повторится.

В глубине души Кейт понимала, что, открыв эту дверь, она теперь обречена регулярно проходить через нее. Что пути назад нет.

Прикрыв глаза, она представила себе Элли.

— Эй ты, сучка, наболталась уже? – тявкнула женщина, стоящая позади Элли.

Возраст ее было трудно определить. Она стояла позади Элли в очереди к телефонам-автоматам всего минуту, но терпение явно не входило в число ее достоинств. Элли обернулась всего один раз, когда эта женщина только подошла и встала у нее за спиной. Та стояла, скрестив руки на груди; в ее спутанных волосах торчала расческа, губы были плотно сжаты. Татуировки – какие-то звери, некие трудноразличимые слова и буквы – усеивали ее грудь и горло, переходя на щеки и рябую физиономию. Возможно, некоторые наколки были нанесены в попытке скрыть шрамы, но они были настолько плохо набиты, что трудно было сказать наверняка. Выглядела эта тетка так, словно свалилась в печатный станок. У нее были голодные, свирепые глаза и шрамы на костяшках пальцев и руках. Элли слушала Кейт, а женщина, стоявшая позади нее, нетерпеливо притопывала ногой.

— Эй, сука, тебе лучше, мля, поторопиться, иначе я тебе ща наваляю!

Слушая, Элли поняла подтекст того, что говорила Кейт. Та не могла высказать все в открытую, но суть совета и дальнейший путь были совершенно ясны.

— Кейт, я… я понимаю. Мне страшно. Я просто жутко напугана, – прошептала Элли.

— Вы имеете полное право бояться. Но я знаю, какая вы сильная, – ответила ей Кейт.

Сердце у Элли молотом билось в груди. Пальцы дрожали, когда она подняла руку, чтобы вытереть слезы с лица. Ноги ходили ходуном, и, прижимая телефонную трубку к уху одной рукой, другой она обхватила живот.

Женщина позади нее резко выдохнула, выругалась и опять нетерпеливо притопнула ногой.

— Не знаю, смогу ли я это сделать, – проговорила Элли.

— Вы должны выжить там, – сказала Кейт. – Не забывайте, кто вы такая. Вы уже прошли через натуральный ад, но вы все еще там. Мы будем бороться за вас, когда вы выйдете оттуда. Мы постоянно будем рядом, но сейчас вы должны сделать все, что только потребуется.

— Спасибо, – сказала Элли.

И повесила трубку.

Страх сотрясал все ее тело.

Ей уже доводилось испытывать подобное чувство.

Однажды в колледже, во время лекции, в аудиторию вошел полицейский. Он прервал преподавателя, мистера Коннорса, и тот оглядывал собравшихся студентов, пока его взгляд не остановился на Элли. Указал на нее, а затем жестом пригласил ее спуститься с галереи к выходу.

Вслед за полицейским и мистером Коннорсом она вышла в коридор, сначала испугавшись, что полиция допустила какую-то ошибку и решила, что Элли сделала что-то плохое. У Элли была совестливая натура, как и у ее родителей, – она никогда не делала ничего дурного, у нее даже штрафов за неправильную парковку не было.