Книга Провалы, страница 114 – Ольга Птицева

— Не вижу, — прошептал он. — Соня, я почти ничего не вижу. Слишком сильно все мельтешит, не могу…

Паутина вокруг него собиралась все гуще, нити липли к одежде, обвивали запястья, как хищные водоросли. Ника перескочила через три ступени вверх, начала обрывать с Егора липкие лохмотья и сбрасывать их через перила. Моцарт с недовольным мяуканьем сполз у нее из-под мышки и уставился на суетящихся людей с пренебрежением. Он брезгливо отряхнул лапу от паутины — ни одна нить не потянулась к нему, ни одна не дрогнула.

— Везет же, — пробормотал Егор, обессиленно сползая по стене на бетон ступени. — Моцарту настолько плевать на все наши переживашки, что его никакая паутина не берет.

Соня подхватила кота и сунула в руки растерянной Нике, та послушно прижала кота к животу и осталась стоять, медленно покачивая головой, Егор привалился к ее бедру и затих. Дом продолжал низко гудеть и постанывать, лестница покачивалась под ногами. До двери в подвал — железной, с навесным замком — оставалось два лестничных пролета. А между ними — выход из подъезда, припертый кирпичом.

— Я сейчас вернусь! — крикнула Соня и сбежала вниз, там Виктор уже осматривал дверные петли.

— Нужно воспользоваться рычагом, — сказал он, когда Соня подошла ближе.

Она хотела ответить, мол, где же мы, по-вашему, найдем тут рычаг, но язык стал слишком большим для ее рта, словно выбросившийся на берег кит, он не желал ворочаться. От близости липких лохмотьев паутины горела кожа, больше всего Соне хотелось выбраться наружу и побежать так быстро, как только хватит сил. Но вместо этого Соня прислонилась лбом к плечу Виктора, и стало легче. Виктор подождал, пока она отстранится первой, нагнулся, пошарил по темным углам и вытащил откуда-то большой кусок арматуры.

— Вот и рычаг, — сказал он и, Соня могла поклясться, что он подмигнул, но это было куда фантастичнее, чем весь этот дом, провалившийся в паучье логово. — Отойдите, пожалуйста, чтобы я вас не задел.

Соня отшатнулась к стене, закрыла лицо руками и просто стояла так, пока Виктор скрежетал арматурой по железу двери. Наконец что-то лязгнуло и с грохотом упало на бетонный пол. Соня отвела ладони от лица и увидела, что дверь подвала распахнулась, а замок послушно лежит у ног Виктора.

— Говорю же, обычный рычаг, — довольно проговорил он.

На лестнице послышались неуверенные шаги — Ника стащила Егора по лестнице и усадила на последнюю ступеньку перед спуском в подвал. Соня присела рядом, потрогала его лоб — влажный и холодный, как у утопленника. И нет той Русалочки, что вытащила бы его на берег.

— Егор, — позвала Соня, — ты как?

Тот не сразу смог открыть глаза, веки казались слишком тяжелыми, мутный взгляд его блуждал, а пересохшие губы слиплись, но он все-таки выговорил:

— Это элементарная механика. — Соня наклонилась, чтобы лучше его расслышать. — Сила, умноженная на плечо рычага, равна силе сопротивления, умноженной на его плечо… — Егор сбился, потом продолжил: — В переводе на русский — длинная железяка и точка опоры…

Ника шумно выдохнула, взъерошила ему волосы, сказала почти нежно:

— Ну какой же ты ботан, пиздец.

Если бы Соня могла, она бы обняла их двоих, сказала бы им, что рядом с ними она в первый раз за последние годы почувствовала себя дома, но тьма за подвальной дверью пахла сырой землей и старым железом, и липкие нити уходили в нее, сплетаясь между собой.