Книга Проклятие прабабки. Род одиночек, страница 101 – Анна Чернышева

Варя села ровнее на стул, попыталась поудобнее сложить саднящие руки. Алексей Вдовин, главный из троицы, уселся за стол, привычно сложил руки и уставился на Варю.

— Ну что, Варвара Александровна, вот мы и встретились. Давненько мы вас искали. Хорошо спрятались, ничего не скажу. Но наши органы видят всё! – театрально поднял он палец вверх и прислушался.

— Что вы от меня хотите? – хрипло спросила Варя.

— Правды. Где ваш отец, Мухин Александр Иванович, спрятал свои преступные миллионы? Куда вывез все картины, украшения, золотые слитки? Если вы раскроете местонахождение ценностей, которые теперь принадлежат трудовому народу, то мы поговорим о вашей дальнейшей судьбе. Может быть, вас даже отпустят.

— Я не виделась с отцом со свадьбы, с лета 1918 года. О каких ценностях вы говорите? – Варя никак не могла взять в толк, о чём он говорит.

— А с вашим мужем? С Гавриловым Анатолием Ивановичем? Может быть, это он прятал ваше наследство? – тип перебирал какие-то бумажки и вычитывал оттуда родные имена и фамилии.

— И с ним не виделась после того, как он ушёл на войну.

— Мы всё про вас знаем, Варвара Александровна! И что супруг воевал с бывшим генералом Каппелем, и что ваш отец перед смертью спрятал свои капиталы, – неумолимо продолжал чекист.

— Перед смертью? – выдавила из себя Варя, а ноги мелко затряслись.

— Перед смертью. Ваша мать и ваш отец были расстреляны Саратовским губчека 15 марта 1919 года. Но перед смертью успели избавиться от всех своих капиталов. И наверняка поставили в известность вас, свою единственную дочь, об их местонахождении.

Варя начала давиться слезами, вдруг осознав, что родителей больше нет. Она лелеяла мысль, что им удалось уехать, убежать, раствориться среди людей также, как это получилось у неё. А теперь она совсем одна на свете, и никого у неё, кроме Лидочки, не осталось.

Чекист продолжил задавать свои вопросы, и Варя уже сбилась со счёту, сколько раз она отвечала одно и то же. Он, видимо, старался её подловить на лжи, но ей нечего было скрывать.

Из его вопросов она поняла, что всё состояние отца бесследно исчезло, а её местонахождение стало известно всего несколько дней назад. О дочке вопросов не задавали, и Варя гадала, знают ли они о ребёнке? Сама решила молчать, и о Федоре ни слова.

— Вы понимаете, что у нас уже есть все основания обвинить вас в контрреволюционной деятельности и расстрелять? Вы супруга высокопоставленного белогвардейского офицера, дочь бывшего купца-миллионщика, расстрелянного за контрреволюцию и сокрытие ценностей. Вы живы только потому, что мы готовы дать вам шанс в обмен на информацию о месте нахождения состояния. Завтра я снова вызову вас на допрос и жду подробных показаний, – отчеканил Варин мучитель и позвал из коридора молодого солдатика.

Тот проводил её в комнату в подвале, где запер на всю ночь. Перед этим, правда, снял наручники, и Варя принялась массировать затёкшие руки. Всё тело ныло и болело.

Оставшись одна, Варя начала обдумывать, что же произошло на самом деле. Её действительно сдал Матвей? Она ни за что не поверит в это, потому что видела его ошарашенный взгляд. Он выглядел потрясённым, и в его глазах не было ни насмешки, ни ликования. Где он сейчас? Вернулся ли домой, к своей Матрёне? Или рыскает где-то рядом, выясняя, как ей можно помочь?