Книга Шпионский крючок, страница 105 – Лен Дейтон

— Давай поговорим без обиняков, Берни. Давай отбросим в сторону всю ерунду, идет?

— О какой ерунде речь, Гарри?

Он пропустил мой вопрос мимо ушей. Выглянув из окна, чтобы определить, на каком расстоянии мы от аэропорта, он решил перейти к делу.

— Послушай, — сказал он. — Большой человек в Вашингтоне слышал, что ты ходишь вокруг да около, стараясь натравить кого-то из этих старых лондонских путаников на Брета… Ну, в Вашингтоне забеспокоились. Они поговорили с вашими людьми в лондонском Центре. Те сказали, что все это чушь, не стоит кипятиться. В чем суть обвинения, спросили они. Какие доказательства? Они хотят все знать досконально. Потому что им не понравится, если Брет окажется под прямой наводкой, не имея возможности ответить как полагается. — На мгновение промелькнул облик подлинного Гарри: под оболочкой добродушно улыбающегося Чарли Чана скрывался неукротимый дикарь.

— Если Брет так считает… — начал было я.

— Слушай меня внимательно, Берни. — Добродушная улыбка вернулась на место. — Я говорю, что такова точка зрения Вашингтона. Может, они и ошибаются, но в таком свете они будут воспринимать происходящее, когда опять выйдут на лондонский Центр и начнут задавать вопросы.

— А что сказали в Лондоне? — с неподдельным интересом спросил я.

— Лондон ответил как раз то, что Вашингтон и предполагал от него услышать. Там сказали, что это инициатива лично Берни Сэмсона, одинокого крестоносца, действия которого не получали никакого официального одобрения. В Лондоне сказали, что поговорят с Берни Сэмсоном и остудят его пыл.

— И как на это отреагировал Вашингтон?

— С удовлетворением. Большие шишки в Вашингтоне дали понять, что, если понадобится какая-то помощь, дабы успокоить этого британца, который бегает себе без привязи, они будут счастливы послать специалиста, чтобы переломать ему и ноги и руки, дав понять, что его излишняя энергия должна быть направлена на вино, женщин и песни.

— Довольно образно, — сказал я.

— Конечно, образно, Берни. — Теперь он больше не улыбался, лицо его было невозмутимым. Он холодным взглядом провожал проносящиеся мимо нас неоновые вывески ресторанчиков и вереницы машин, пассажиры которых стремились перекусить до заката солнца. Он притронулся к кондиционеру, врезанному в стекло, и удивился, увидев, что из его решетки капнула вода. — Потому что эти большие шишки в Вашингтоне не поверили тому, что им сказали ваши люди в Лондоне, — продолжил Гарри, отвернувшись к окну. — Они не могут себе представить, как в наше время в Лондоне находятся такие неукротимые люди, которые на свой страх и риск хотят копаться в грязи.

— Да?

— Да. Вашингтон считает, что ты действуешь в соответствии с полученным заданием. Они прикидывают, не готовятся ли эти сукины дети в лондонском Центре к пересдаче карты по-крупному, для чего заблаговременно готовят крапленую колоду.

— Расскажи-ка побольше об этом, — попросил я. — Мне интересно.

Повернув голову, он одарил меня странной улыбкой, медленно обнажившей зубы.

— Они думают, ваши ребята слишком умны, чтобы оставлять свои трупы у соседа во дворе.

Теперь я начал кое-что понимать.

— Лондонский Центр хочет взвалить ответственность за провал на Брета?

— Можно и так сказать, — согласился Гарри.

— Несколько искусственный ход, верно?