Книга Покой нам только снится, страница 26 – Анастасия Рафаенко

Стар­ши­ны немед­лен­но со­зва­ли экс­трен­ное со­бра­ние и на­пра­ви­ли гон­цов во все круп­ные ку­пе­че­ские до­ма с прось­бой о кон­суль­та­ции. Настро­е­ния ха­рак­те­ри­зу­ют­ся как «па­ни­че­ское недо­уме­ние»».

От­кла­ды­ваю до­не­се­ние и поз­во­ляю се­бе ти­хий, по­чти без­звуч­ный сме­шок, от ко­то­ро­го ко­стяш­ки че­ток на мгно­ве­ние за­ми­ра­ют в паль­цах. Су Ва­нь­эр ре­ши­ла при­ме­нить ме­то­ды га­рем­ной ин­три­ги к ми­ру ком­мер­ции, она ис­кренне по­ла­га­ет, что ти­тул крон­прин­цес­сы ра­бо­та­ет как уни­вер­саль­ный ключ, от­кры­ва­ю­щий не толь­ко двор­цо­вые по­кои, но и сун­ду­ки с зо­ло­том част­ных тор­го­вых до­мов. Она ду­ма­ет, что куп­цы – это те же при­двор­ные ев­ну­хи, ко­то­рые па­да­ют ниц от од­но­го упо­ми­на­ния им­пе­ра­тор­ской ми­ло­сти и го­то­вы от­дать по­след­нее ра­ди при­зрач­ной «че­сти» кре­ди­то­вать ра­зо­рив­ший­ся двор.

Бед­ная, глу­пая де­воч­ка, она не по­ни­ма­ет са­мо­го глав­но­го: ев­ну­хи слу­жат за жа­ло­ва­нье, ко­то­рое пла­тит каз­на, и за­ви­сят от бла­го­склон­но­сти тро­на. А куп­цы слу­жат толь­ко од­но­му бо­же­ству – при­бы­ли, и это бо­же­ство не про­ща­ет невоз­врат­ных зай­мов, вы­дан­ных под пу­стые обе­ща­ния.

Встаю, рас­прав­ляя склад­ки до­маш­не­го ха­ла­та из тон­чай­ше­го га­за цве­та утрен­не­го ту­ма­на, рас­ши­то­го се­реб­ря­ны­ми ни­тя­ми в ви­де сти­ли­зо­ван­ных об­ла­ков – одеж­ды, чья ка­жу­ща­я­ся про­сто­та и от­сут­ствие кри­ча­щей рос­ко­ши сто­ит до­ро­же, чем весь гар­де­роб прин­цес­сы Су с ее вуль­гар­ны­ми зо­ло­ты­ми фе­ник­са­ми и жем­чуж­ны­ми рос­сы­пя­ми. Истин­ное бо­гат­ство не кри­чит – оно шеп­чет и те, кто уме­ет слу­шать, по­ни­ма­ют раз­ни­цу меж­ду по­зо­ло­чен­ной ме­дью и чер­вон­ным зо­ло­том.

На­прав­ля­юсь в глав­ный зал по­ме­стья, где ма­туш­ка, как обыч­но в это вре­мя су­ток, вос­се­да­ет за мас­сив­ным сто­лом из чер­но­го эбе­но­во­го де­ре­ва, чья по­ли­ро­ван­ная по­верх­ность от­ра­жа­ет ее ли­цо, слов­но тем­ное зер­ка­ло, спо­соб­ное по­ка­зы­вать не внеш­ность, а суть – без­жа­лост­ную, острую, как от­то­чен­ный кли­нок, ком­мер­че­скую ге­ни­аль­ность, об­ла­чен­ную в шел­ка и неф­рит. Пе­ред ней – го­ры кор­ре­спон­ден­ции, ак­ку­рат­но рас­сор­ти­ро­ван­ной по сте­пе­ни сроч­но­сти: сле­ва – те­ку­щие де­ла, спра­ва – экс­трен­ные до­не­се­ния, в цен­тре – лич­ные пись­ма от глав дру­гих тор­го­вых кла­нов, чьи пе­ча­ти из крас­но­го вос­ка на­по­ми­на­ют кап­ли за­стыв­шей кро­ви на бе­ло­снеж­ной бу­ма­ге.

Ма­туш­ка, не под­ни­мая го­ло­вы от изу­че­ния оче­ред­но­го ба­лан­са, про­из­но­сит:

— По­ла­гаю, ты уже в кур­се утрен­не­го фар­са в шел­ко­вой гиль­дии? На­ша «крот­кая лань» Су Ва­нь­эр ре­ши­ла, что ком­мер­ция – это про­дол­же­ние га­рем­ной по­ли­ти­ки дру­ги­ми сред­ства­ми.

— По­лу­чи­ла до­не­се­ние час на­зад, – от­ве­чаю, опус­ка­ясь на по­душ­ку на­про­тив и на­ли­вая се­бе ча­шу теп­ло­го жас­ми­но­во­го чая из фар­фо­ро­во­го чай­ни­ка, рас­пи­сан­но­го сце­на­ми ве­сен­ней охо­ты – иро­нич­но, учи­ты­вая, что сей­час мы са­ми на­блю­да­ем за охо­той, где охот­ни­ком вы­сту­па­ет хищ­ник-ди­ле­тант, а ди­чью – соб­ствен­ная ре­пу­та­ция. – Пять­де­сят ты­сяч ля­нов на ор­хи­деи и мра­мор. Без про­цен­тов, без сро­ков воз­вра­та, под угро­зу ли­ше­ния тор­го­вых при­ви­ле­гий.