Книга Бусина из муранского стекла, страница 156 – Анна Боронина

И хотя раньше Лучина никогда не пользовалась подобными артефактами, да никакими вовсе, она была уверена, что все получилось.

Вот, значит, как ощущалось владение магией стихий. Легко. Почти без усилий. Так же просто, как дышать. Совсем не так, как запирать ее в стеклянных бусинах и камнях.

Что ж, ради этого ощущения легкости стоило учиться. Магия воздуха не отзывалась внутри радостью узнавания, как магия огня, но использовать ее тоже было приятно.

Лучиана вздохнула, положила тяжелую голову на скрещенные на столе руки и приготовилась ждать. Она надеялась, что бабушка получит ее сообщение и ответит до прихода Чезаре.

Она и так слишком много полагалась на других. Ей нужен был свой план и ее собственные решения.

Она проснулась от щелчка замка и тихого стука в дверь, вскочила на ноги, качнулась спросонья и едва не повалилась на пол: от сна в неудобной позе ломило мышцы.

— Чезаре? – тихо прошептала она, подкрадываясь на ощупь к двери на все еще ватных ногах.

И надо же было заснуть прямо за столом! Лучиана споткнулась о край ковра, о стул, который сама же придвинула к двери на всякий случай, и замерла, прислушиваясь.

Было тихо, в сумрачной комнате, расчерченной синими тенями и полосками лунного света из окна, не раздавалось даже треска пламени в камине. Дрова прогорели, и теперь алые угли едва тлели. Лучиана зябко поежилась, очень уж было неуютно и чуть громче спросила у запертой двери:

— Чезаре?

Ей что-то ответили, но она не разобрала, голос это Медичи или кого-то еще. Но кто будет скрестись к ней в комнату? Джованни, скорее всего, уже видит сны. А если Якопо? Лучиана с сомнением посмотрела на тяжелый металлический засов, задвинутый в надежные скобы.

Что же она такая нерешительная трусиха? Она оглянулась на камин, прикидывая, отобьется ли от незваного гостя кочергой, когда угли неожиданно вспыхнули, робкое пламя лизнуло прогоревшее дерево и неожиданно обернулось цветком. Сияющие лепестки качнулись и рассыпались искрами.

Лучиана улыбнулась и, отставив в сторону кочергу, которую уже успела схватить, поспешила открыть дверь. Засов, как назло, лязгнул так, что, наверное, перебудил все палаццо.

— Buonanotte, cara, – прошептал Чезаре, улыбнувшись. – Готовы?

Лучиана оглядела себя, она заснула в платье служанки и, наверное, выглядела помятой и заспанной, но приводить себя в порядок было некогда, да и вещей у нее с собой никаких не было. Она вновь осталась практически с тем же, с чем попала во Флоренцию: чужое платье да нитка бус, которые она никогда не снимала. И на которые повесила еще и фамильное кольцо, почему-то казалось неправильным оставлять его в приюте под половицей.

— Готова, – шепнула она и метнулась к столу, чтобы забрать артефакт: он едва светился голубоватым светом – и подхватить плащ, подаренный Чезаре.

— У тебя получилось! – прошептал Чезаре и посмотрел на Лучиану с таким восхищением, что она смутилась, но объяснять, что изначально получилось лучше и она просто использовала часть заряда, было некогда.

Чезаре спрятал артефакт во внушительного размера мешок с завязками, помог накинуть ей на плечи плащ и подтолкнул Лучиану в коридор.

Он тщательно закрыл дверь, потом приложил ладонь к замку, и Лучиана ощутила как колыхнулось что-то вокруг. Не воздух, не свет, но то, что было частью нее. Запахло разогретым металлом и немного – паленым деревом. Чезаре расплавил замок и подмигнул ей заговорщицки: