Книга Бусина из муранского стекла, страница 32 – Анна Боронина

— Успел убрать? – мрачно предположил Чезаре. – Не на площади же жечь родную дочь.

Джаккомо покачал головой:

— Если бы отец не рвал и метал так, что едва не выжег весь свой кабинет, то я бы тоже так подумал. Исчезли она и тот малец, который охранял подземелья. Мой человек, я рассчитывал, что он будет следить за отцом, но тот его отослал. Не суть, в общем. Этот мальчишка – слабый маг, и, когда все случилось, я успел ему оставить распоряжения, чтобы он вывел Лучиану. Хотел, чтобы ты вывез ее из города.

— Ну я ее точно никуда не вывозил, – хмурясь, ответил Чезаре.

— Да, ты приехал позже. Отец что-то решил сегодня. Он был у Лучианы утром, уж не знаю, что именно он ей сказал, но когда он второй раз пришел к ней вечером, в подземельях под кастелло уже никого не было. Там, кажется, начался пожар. То ли свеча брошенная, то ли все-таки отец вспылил. Никаких следов не осталось, все выжгло. Даже следящие воздушные заклинания, которые еще мать накладывала.

— Хм, – отозвался Чезаре, размышляя. – Твоя сестра определенно мне нравится. Нежная дева сбежала от самого Его Высокомерия. Сочувствую тебе, amico.

— Чезаре, – с укоризной одернул Джаккомо, – сейчас не время. Лучиана пропала! И ее уже ищут люди отца. Тайно, разумеется. Он не хочет выносить это за пределы семьи. Теперь особенно. Для всех Лучиана не очень хорошо перенесла ритуал и отдыхает.

— Еще бы. Верховный маг не может приструнить собственную дочь. Вообще нам это на руку, разве нет? Может, пустить слух, что она не болеет? Пусть начнутся волнения, может, и отношение к артефакторам удастся немного поправить.

— Это не поможет найти Лучиану, ищейки отца уже выехали из Рима. К тому же Паскари, что рыба на сковородке. Ты же знаешь, если он не получит Лучиану, то, вероятно, захочет Клариче в качестве невестки.

— А ты сам положил взгляд на мою сестру? Ай-ай-ай, Джаккомо, – Чезаре погрозил ему пальцем. – Я слежу за тобой. Но лучше уж ты, чем ее внезапное увлечение. Если не ошибаюсь, моя сестрица сейчас вздыхает по новому таланту, найденному отцом. Какой-то Мике ди Симони или что-то в этом роде. Отец в восторге от его скульптур, а Клариче, кажется, готова ему позировать в чем мать родила.

Поймав угрюмый взгляд, Чезаре в одно мгновение стал серьезен и хлопнул Джаккомо по плечу:

— Ну не сердись. Сестрица моя образумится, а нет, так отец быстро ей напомнит о долге, а насчет твоей Лучианы, есть у меня одно подозрение.

* * *

Лучиана, как ей сначала показалось, проснулась среди ночи – резко, словно ее что-то разбудило. Несколько мгновений она лежала неподвижно, прислушиваясь к незнакомым шорохам, сбрасывая сонную дремоту. Ей снилось что-то бессвязное и смутное – пламя и она сама, бегущая по знакомым переходам и лестницам родного кастелло. Невнятный сон из тех, что не дают отдыха и забываются сразу после пробуждения.

На улице хрипло закукарекал петух, и без того встревоженная Лучиана подскочила на жесткой кровати, которую им с Клето уступили хозяева дома. Все тело ныло после долгих часов в седле накануне, но Лучиана заставила себя слезть с кровати и размять мышцы. Клето безмятежно спал, раскинувшись на полу, на теплом плаще Джаккомо.

Накануне Лучиана долго с ним спорила, что нет ничего неприличного в том, что они лягут на кровати вместе. В конце концов, она росла с двумя братьями, и сколько ни ограждали мать и няня ее от дурного, по их мнению, влияния на молодую синьору, Лучиана прекрасна была осведомлена о многом, о чем девицам знать не полагалось. Что-то она подслушала у братьев, где-то расспросила, где-то помогли книги по медицине, которые ее мать бережно хранила и изучала. Врачевали в основном маги воды, но не все можно было сделать с помощью дара.