Книга Ателье на Петроградской для опального дракона, страница 94 – Камелия Найт

Вот теперь у нас действительно есть план. Общий.

Вера

Через год Роман снова морщится, застёгивая рубашку.

Я замечаю это в зеркале и продолжаю собирать волосы. Сегодня в мастерской ранняя примерка, у него занятие со спасателями через час. Времени достаточно ровно на то, чтобы он попытался убедить меня: всё пройдёт само.

— Ты врачу написал?

— Напишу.

Я поворачиваюсь.

Роман смотрит на моё лицо, достаёт телефон и садится на край кровати.

— Уже пишу.

— Что случилось?

— Вчера на выезде дольше держал правой. Левое плечо к утру тоже затянуло.

— Насколько болит?

— На четыре. Руку поднимаю как обычно.

Он прикладывает сообщение от врача, ждёт ответ и только потом заканчивает одеваться. На шее у него осталась чешуя после вчерашней нагрузки. Тёмные пластины исчезнут к вечеру или продержатся до утра. Иногда Роман участвует в сложных выездах. Иногда после них спит плохо и несколько дней работает только в учебном зале.

За год любовь ничего не вылечила.

Зато теперь он не делает вид, что ему не больно, а я не отменяю его жизнь из страха.

— Врач просит сегодня без рамы, — сообщает Роман.

— Сергей знает?

Роман с виноватым видом снова берёт телефон.

— Сейчас узнает.

— До того, как начнётся занятие, — предупреждаю я.

— Отправил.

Он показывает сообщение, потом притягивает меня к себе здоровой рукой. Обручальное кольцо царапает мне щёку.

— Сам написал, — говорит Роман. — Без угроз.

Телефон звякает ответом Сергея: «Раму отменил. Не геройствуй».

— Видишь? Сергей прекрасно справляется с угрозами без меня.

Мы выходим вместе. До мастерской десять минут пешком. Петербург встречает мелким дождём, блестящей мостовой и ветром с Невы. Роман держит зонт правой рукой. У входа мы расходимся: он едет в службу, я поднимаю жалюзи.

Весной мы пробили дверь в соседнее помещение и неделю выметали кирпичную пыль. Теперь в первой комнате принимаем обычные заказы, а во второй стоят широкие манекены, хранятся служебные выкройки и проходят сложные примерки. Лида ведёт расписание. Молодая ученица уже сама исправляет рукава и приносит мне только готовый результат.

На стене висит фотография с открытия: я под вывеской, Роман рядом в новом парадном кителе. Кольца на руках ещё нет. Мы расписались через три месяца и на следующий день оба вышли на работу — у меня была примерка, у него экзамен у новичков.

Никитин привозит три образца новой формы к девяти. Их уже намочили и нагрели в лаборатории. Теперь нужно проверить готовые куртки в движении: где собирается ткань, не давит ли ворот, хватает ли запаса на спине.

Новые правила длиннее прежних на двенадцать страниц. В них отдельно записано: ткань испытывают сухой, после воды и после сильного нагрева. Готовую вещь проверяют на человеке, которому предстоит её носить. Если дракон говорит, что край режет чешую или рукав мешает движению, это считается причиной остановить приёмку, а не капризом.

Я провожу первую примерку и уже через пять минут ругаюсь.

— Этот рукав придётся переделывать.

Никитин вздыхает.

— Лаборатория дала идеальный результат.

— Лаборатория не носит рукава. Поднимите руку, Денис.

Денис поднимает левую до груди. После прошлогодней травмы движение восстановилось почти полностью, но при сильной нагрузке пальцы иногда слабеют. Новая куртка не учитывает, что на его правом плече чешуя выходит выше.