Книга Что есть Книга, или Правила пользования библиотекой, страница 170 – Ирина Чеботарь

«…Мне пришлось пообещать папе, что на каникулах не прервётся моё усердное корпение над учебными пособиями, чтобы, как он запланировал, окончить школу с красным дипломом. Тогда любой институт примет меня с распростёртыми объятьями.

Мама настаивает, чтобы это был МГУ, папа ей вторит. Я не возражаю против Москвы, но желаю пойти по стопам старшей сестры и поступить в Институт Культуры на библиотекаря.

Пока что родители не ведают моих намерений, узнают — не обрадуются. Но я предпочитаю беготне суетного мира тишину и прохладу книжных залов. Это мой выбор! Ичерез год я его осуществлю. А пока мой удел точные науки, в них я преуспела не менее, чем в литературе и мне прочат прекрасное лабораторное будущее.

Наша химичка уже всему Владивостоку объявила, что её любимая ученица Наташа Антипова, то есть я, в следующем году непременно поступит на Химический факультет МГУ. Жаль её разочаровывать. Пока у меня не хватает смелости поделиться своими планами даже с родителями. Потому ежедневно сижу над книгами, и не над романами. Формулы и задачи — вот моё обязательное занятие. А как хотелось бы полистать томик Пушкина.

Простите, Александр Сергеевич, вашими творениями я вплотную займусь через год, когда окончу десятый класс и стану взрослой.

Кстати о взрослости. Изложение мыслей и впечатлений на бумаге — признак детскости, по крайней мере, мне так кажется.

Сколько раз пыталась написать в прежнем своём дневнике дату его окончания и всё откладывала. Казалось бы, факт его забытия во Владивостоке верный повод прекратить бессмысленное занятие для девочек. Ан нет, ринулась на Привоз, весь рынок оббежала в поисках нужной тетрадки. Чуть с Надей не повздорила, ноги у неё, видите ли, не из железа. А сама битый час у книжной лавки торчала, на книгах она серьёзно помешана. Уже скоро какая-нибудь библиотека Владивостока осчастливится приобретением чокнутой библиотекарши. Мне библиотекарское дело очень даже по душе, но я полностью отдаю себе отчёт в том, что никогда не буду так отчаянно и отрешённо предана книгам, как моя сестра. Ох, на чём я действительно зациклена, так это на моей Надюше. Может, из-за неё и решила стать библиотекарем. Чтобы там не возомнили себе наши родители, моя взрослая четверокурсница сестра кажется мне самым беззащитным существом на свете. Её трёхлетнее пребывание вдали от дома причина вечного моего беспокойства. Пусть мама и папа думают, что она обо мне заботится, на самом деле всё наоборот. Я о ней думаю, я её берегу. И так будет всегда.

Посему, торжественно клянусь, что по возвращению во Владивосток, начертаю на двух своих дневниках дату окончания и более никогда не прибегну к этому жанру литературы. Пора взрослеть.

А пока, я позволю себе расслабиться и побыть малюткой в это последнее лето моего детства.

Тётушка Мила, мамина старшая сестра, великодушно приняла нас в своём доме и клятвенно пообещала, что к концу лета сделает всё, чтобы мы, ходячие мощи, прибавили килограммов по десять, что сделает нас похожими на людей.

Меня это обещание рассмешило, собственные тётушкины дети — двенадцатилетний Дима и десятилетний Кирюша - представляют собой экспонаты для наглядного изучения анатомии.

Сейчас уже ночь, и прежде чем лягу спать, я хотела бы объяснить, почему целых три дня ничего не писала. Дело вовсе не в отсутствии тетради. Можно было запечатлеть мысли и на листочках, а потом вклеить их в полноценный дневник. Мне самой это странно, но я заметила — когда Надя рядом, писать не так уж и хочется. Три последних года я изливала на бумаге свою горечь и тоску из-за разлуки с сестрой. Сейчас мы вместе, и мне есть с кем поговорить, с кем поделиться сокровенными мыслями.