Книга Потерянное эхо, страница 37 – Фарха Таннба

Тидесбала! Рубидия чуть не застонала: вчера вечером она совершенно забыла назначить неуёмной юлчы встречу, а та, видимо, решила сама исправить это досадное упущение и потому явилась домой к майстерин Гаусс ни свет ни заря.

Рубидия неслышно вдохнула и выдохнула, чтобы успокоиться, и открыла дверь своей бывшей-будущей лисентирин.

— Здравствуйте, Ут-Кызы, — невозмутимо поприветствовала она гостью, — Не ожидала встретить вас столь рано, особенно на пороге своей квартиры.

— Здравствуйте, майстерин, — просияла Тидесбала, — Простите, пожалуйста, что так рано, но я подумала, что просто так бы вы ко мне не явились бы почти ночью, а значит, найти ваше эфирное эхо нужно как можно скорей. Вот и решила, что нам с вами стоит встретиться и обсудить сроки как можно быстрее, пришлось со всех ног бежать к вам, чтобы вы не успели уйти на лекции…

Больше всего Рубидии хотелось закрыть дверь и вернуться обратно в кресло к пледу, а лучше пойти в постель. Вместо этого она открыла дверь полностью и поманила Тидесбалу к себе. Юлчы покорно подчинилась её жесту и мигом перемахнула через порог, не преминув поднять руку к дверному косяку и мазнуть по дереву кончиками пальцев.

— Раздевайтесь и проходите в гостинную, — пригласила её Рубидия и тут же поинтересовалась: — Скажите, Ут-Кызы, а как вы меня нашли?

— Я знаю об этом городе и всех его жителях куда больше, чем может показаться, — театрально вскинулась та, — А то, что не знаю, могу выяснить, приложив немного усилий. Этот город слишком меня любит, чтобы скрывать свои тайны!

Майстерин Гаусс скептически подняла бровь, но Тидесбала сама не выдержала своего позёрства и мелодично рассмеялась, зазвенев колокольчиками.

— На самом деле, благодаря фууран, — взяла было себя в руки юлчы, но тут же затараторила: — Нет, вы не подумайте, майстерин, я подарила её вам не для того, чтобы шпионить. Я просто так… А сегодня поняла, что нам с вами надо встретиться и решить, как действуем, но я не знаю, где вы живёте. А потом поняла, что знаю, и пришла по эфирному следу от фууран… Вы ведь помните, они все связаны друг с друг с другом?

Рубидия лишь сонно поморщилась в ответ на её тираду.

— Ут-Кызы, вы могли бы найти меня в университете.

— Майстерин, меня же отчислили и ещё не восстановили, — вздохнула Тидесбала.

— И этого достаточно, чтобы вас остановить? — Рубидии всегда казалось, что столь формальный запрет уж точно не мог помешать неугомонной юлчы просочиться на любой из факультетов и в здание любой существующей коллегии.

Тидесбала только беззвучно помотала головой.

— Я бы предпочла избежать ненужных вопросов и чужого внимания. Ваше дело наверняка деликатное, и вы вряд ли хотите посвящать в него посторонних. Тем более если эти посторонние не верят в вашу теорию и отрицают её математическое обоснование.

Вот же наглая песчаная лисица! Сейчас Тидесбала как никогда напоминала этого ушастого зверька — крохотного и милого на вид, но неукротимого в своём любопытстве и явно гиперактивного. По крайней мере, так рассказывала соседка, госпожа Фухсбах, муж которой привёз лисичку с собой, вернувшись с южного фронта после Великой войны. Якобы их полк ухитрился прикормить пугливого зверька, да так, что лисичка стала для них талисманом, поэтому после подписания мира её забрали с собой в Деймар. А когда полк расформировали, разделив выживших по более удачливым подразделениям, герр Фухсбах ухитрился забрать лисичку себе в качестве домашнего животного. Возможно, помогла фамилия, а может, мало кто готов был поселить у себя обманчиво милого пушистика. Рубидия видела зверька лишь мельком, но что-то в повадках Тидесбалы то и дело напоминало ей о песчаной лисичке. Как сейчас, например, — юлчы готова была в любой момент отступить и отскочить, наткнувшись на сопротивление, но без него собиралась зайти так далеко, как у неё получится, и наверняка собиралась вызнать у майстерин Гаусс всё, что хоть немного её интересовало.