Книга Западная суть, Восточное начало, страница 142 – Алина Устинова

— Ты так часто задавала этот вопрос. И я никогда не знал на него ответа. Думаешь, я знаю его сейчас?

Станислава закивала и отвернулась от него. Момент был упущен, она уже разозлилась. На него и на себя. На их глупость, слабость и беспомощность. Но больше всего – на трусость. Черту, которую она ненавидела всей душой и которой сама обладала. Особенно в личных отношениях. Возможно, могло показаться, что наоборот, их бездействие – признак силы, победы разума над чувствами. Но Станислава знала, что это не так: если бы победил разум, она бы здесь не стояла, а он бы не говорил. Победила трусость и нежелание брать ответственность.

— Я думаю, что ты знал ответ с самого начала, – она встала к нему спиной, но всё равно не смогла удержаться от того, чтобы подглядывать за ним через плечо. – А ещё я думаю, что этого разговора никогда не было, господин Блэквелл.

Она не была до конца уверена, что делает, хотя уже постепенно возвращалась к разумному пониманию вещей. Но надеялась, что, может, страх заставит его действовать. Страх потерять этот момент, потерять её. Но Пол, опустив голову и скрестив руки на груди, медленно стал от неё отстраняться, пока не упёрся в письменный стол. Им одолел страх потери, но он приводил не к действию, а к отчаянию. К сожалению. Ведь это он всё начал, а мог бы проглотить и постараться пережить, но он не хотел страдать от бессилия один. Пол знал: он признался ей из собственных эгоистических побуждений, потому что ему надоело сидеть в лодке одному. Правда, о последствиях он не подумал. И о том, что она умеет плавать, – тоже. Теперь Станислава выпрыгивала из лодки и направлялась к берегу. Пока он, как идиот, сидел в тонущем транспортном средстве, дыру в котором сделал сам.

— Конечно, – наконец, вымолвил он. Разбитость в его голосе чуть было не заставила её передумать и развернуться, но она не хотела его жалеть. И себя. И их ситуацию.

— Спокойной ночи, Пол.

Он ничего не сказал в ответ. Станислава же открыла дверь и вышла в коридор.

Анастасия Амурсанаева вглядывалась в потолок зала, где совсем недавно было даже слишком много людей, по её личному мнению. Она разглядывала люстру, морщившись от надоедливого бубнежа Лероя Макферсона, на которого она уже даже перестала обращать внимание.

— Повторите, – скучающим тоном сказала она.

— Вы вообще меня слушаете?

— А надо? – Анастасия посмотрела на Лероя с нескрываемой издёвкой на лице.

Канадец закатил глаза и глубоко вдохнул, специально показывая всё своё раздражение, однако в то же время стараясь держать себя в руках и рамках приличия. Провокации – зло, и он каждый раз на них попадался.

Мимо них прошли непосредственные руководители в рабочем и гражданском плане. Обменявшись простыми любезностями вроде кивка головы, улыбки и «до свидания», они скрылись в коридорах особняка, оставив двух советников в компании персонала, оперативно разбирающего столы и декорации.

— Как думаете, куда они пошли? – спросил Лерой, устремляя свой взгляд на дверь.

— А вам не сказали? Они за ядерным чемоданчиком, будут бить по Вашингтону, – Анастасия улыбнулась, и на долю секунды Макферсон не был уверен, шутка ли это.

— Не смешно, – он бы попытался пристыдить её, если бы это не было так бесполезно. – А если честно?

— Без понятия. По кроваткам.