Книга Aurental. Volumen I: Saeculum dolore, Saeculum natum, страница 389 – Pauline Lents

Серьёзность не ушла сразу. Паулин сидела неподвижно, глядя куда-то в стол, словно продолжала прокручивать услышанное уже без всякого отношения к ужину, Люси или Готье.

— Всё, — объявил Мордрагон, обводя остальных скучающим взглядом. — Ужин окончен. Проваливайте отсюда, и желательно побыстрее.

Шорох отодвигаемых стульев вернул её к происходящему. Паулин моргнула, будто вынырнула из собственных мыслей, и уже подалась вперёд, собираясь встать, но рука снова удержала её на месте.

— Кошечка, — напомнил он невозмутимо, чуть сильнее притягивая обратно. — Я же сказал: сиди.

Последние стулья отъехали от стола, разговор окончательно распался, и собравшиеся потянулись к выходу. Лирхт задержался дольше остальных; уже у двери обернулся через плечо и посмотрел на отца с тем тяжёлым недоумением, которое не требовало ни единого слова.

Мордрагон встретил этот взгляд без малейшего желания что-либо объяснять.

— Прочь, — бросил он недовольно, коротко указав подбородком на дверь.

Лирхт шумно выдохнул через нос, ещё секунду постоял на месте, затем всё-таки отвернулся и вышел вслед за остальными.

Столовая быстро опустела; затихли шаги в коридоре, створки сомкнулись, и после недавнего шума тишина показалась непривычной. Паулин осталась у него на коленях, всё ещё не до конца понимая, зачем он удержал её здесь. Взгляд снова ушёл куда-то к столешнице, и прежняя задумчивость вернулась на лицо, будто вопрос о боге так и не отпустил её.

Пальцы Мордрагона поднялись к её виску, затем мягко прошлись за ухом, почёсывая кожу.

— Что же ты так пригрустнула, доченька? — спросил он негромко, продолжая гладить за ухом. — Может, хочешь немного повеселиться?

Взгляд у неё сразу прояснился; Паулин чуть повернула голову, всматриваясь в него уже с явным недоумением.

— Ты предлагаешь мне…

— Нет, — оборвал Мордрагон прежде, чем она успела договорить. Пальцы сошлись у переносицы, которую он с раздражением потёр, на миг прикрыв глаза. — Не это, распутная ты женщина.

Ухмылка сразу растянула её губы; взгляд стал откровенно лукавым, будто именно такого раздражения она и добивалась.

— Жаль, — протянула Паулин, с удовольствием наблюдая за его лицом, а затем невинно добавила: — Шучу.

Сдержаться Мордрагон уже не смог. Плечи заходили от смеха, голова склонилась, и привычная холодная невозмутимость наконец дала трещину. Отсмеявшись, он снова посмотрел на неё сверху вниз и неторопливо провёл пальцами возле уха.

— Об этом, кошечка, мы ещё поговорим, — произнёс он с явным довольством, будто вовсе не собирался оставлять её шутку без последствий.

Недопитый бокал снова оказался у него в руке. Мордрагон неспешно провернул стекло между пальцами, наблюдая, как вино оставляет на стенках тёмный след, и только потом поднял взгляд на Паулин.

— Я хочу, чтобы ты сама воззвала к Эларе, — произнёс он спокойно. — Тем же путём, каким она сегодня явилась к тебе. Скажи, что одумалась, что желаешь помочь и более не намерена противиться своему предназначению. Уверь её, будто служение Свету для тебя превыше всего остального. — Бокал чуть качнулся в его пальцах. — Думаю, она очень захочет в это поверить.

В глазах сразу вспыхнул живой интерес; рот чуть приоткрылся, а недавняя задумчивость исчезла так быстро, будто ей предложили не заманить беглянку в ловушку, а затеять особенно удачную шалость.