Книга Да здравствует ворон!, страница 79 – Тисато Абэ

В то мгновение, когда огромный пес вцепился ему в горло, Цубаки просто исчез. Он умер, словно призрак, не оставив после себя ни капли крови. Некоторое время они стояли, не в силах даже слова сказать. Крышу заливал дождь. В бетонных коробках, скрытых в серой пелене тумана и дождя, начали тут и там зажигаться огоньки. Вдали, скрытые облаками, погрузились в синеву горы.

Надзукихико считал, что для него важны лишь ятагарасу, он собирался даже убить Ямагами. Однако теперь гибель Цубаки ввергла его в глубокую печаль. Ведь перед самым своим концом тот попросил прощения. И поблагодарил за верную службу. Ужасно досадно, что ему пришлось так окончить жизнь.

Герой, глядя на застывшего на месте Надзукихико, чуть иронично улыбнулся.

— Год назад он попробовал на вкус плоть посвященной. Уже тогда стало ясно, чем все закончится.

Значит, когда Надзукихико встретился с Ямагами, то есть с Цубаки, все уже было предопределено.

— Ты все равно ничего не смог бы поделать, – холодно заявил юноша и спросил: – А как ты поступишь теперь?

— В каком смысле?

Вопрос прозвучал странно. Как будто у него был выбор. Если герой видел в нем пособника чудовища, Надзукихико придется разделить судьбу Цубаки.

— Мне кажется, ятагарасу удержались на самом краю. Вам повезло. – Герой склонил голову. – Дальше все зависит от тебя. Покончив с нечистью на этой горе, я стану новым Ямагами, а ты можешь принять власть нового божества или отвергнуть ее.

Теперь ятагарасу, потерявшие свою сущность и бога, которому поклонялись, стали для него просто странными существами. Если отвергнуть власть Ямагами, победить его возможности нет, а если даже вдруг ему это каким-то чудом удастся, сам он никогда не станет божеством.

Надзукихико вздохнул.

— Но если даже я поклянусь в верности тебе, что будет с Ямаути?

— Угодья мне больше не нужны. Вряд ли все останется по-прежнему. – И новый Ямагами пожал плечами совершенно так же, как делают во внешнем мире. – Ты ведь уже понял? Старые правила жизни на Арэяме полностью развалились. Ямаути была угодьями бога, которому необходима церемония возрождения. И поддерживала страну сила этого бога. Теперь же церемония исчезла, людей здешней деревни я спас, но сама деревня сгорела, а с ней и верования этой горы. Возможно, я буду богом всего в одном поколении. Даже если ты пойдешь за мной, вряд ли Ямаути продержится долго.

Речь его звучала сухо.

— Я понимаю: ты хотел лишь защитить свое место обитания, но, даже закрывшись от всех, вы рано или поздно погибнете. Смирись.

— Неужели нет иного способа? Неужели Ямаути правда исчезнет?

Но тогда и ятагарасу не выживут.

— Вот бы удалось вернуть мое прежнее имя – мою божественную сущность! – уныло пробормотал Надзукихико.

Однако герой оставался непреклонен.

— Бесполезно. Ты ведь один раз уже узнал свое имя. Если речь о ятагарасу, который вместе с дочерью и божественным внуком пришел сюда из столицы, его имя Камотакэ Цуноми-но Ками. Но раз ты ничего не вспомнил о прошлом, даже узнав это имя, значит, перед потерей памяти тебя в этих землях уже звали по-другому. А если ты забыл об этом, уже ничего не поделать.

Вслед за этими жестокими словами Надзукихико услышал шаги на лестнице: кто-то поднялся на крышу, дверь распахнулась.

— Кошмар! – крикнул тэнгу. – В Ямаути ворвались обезьяны. Идет бой.