Книга Да здравствует ворон!, страница 81 – Тисато Абэ

— Стрелы зажечь! Приготовиться! Пли!

Пылающие стрелы ударили в разлитое по полу масло, и вокруг разом стало светло. Теперь они увидели: как и предполагалось, обезьяны за воротами были вооружены. Они приближались шеренгами, закрывшись щитами.

Наглые зверюги!

— Катапульты, луки, готовсь!

Катапульты нацелились на тоннель за воротами.

— Катапульты, пли!

Одновременно с приказом четыре снаряда ударили точно в щиты, пробив два из них. Раздались вопли. Не упустить бы.

— Лучники! Пли!

В пробитые в шеренге обезьян бреши мгновенно полетели стрелы. Часть из них попала в щиты над головами противников.

— Продолжать! Следите, чтобы стрелы не кончались. Не позволяйте им приближаться ни на шаг!

Даже если у обезьян тоже есть луки, здесь воины находились под защитой заграждения, и стрел у них заготовлено в достатке. Пока что враги все так же прятались за щитами, стараясь не выставлять ни рук, ни ног, а между ними и заграждением пылало пламя.

«Так мы продержимся», – подумал Итирю, но тут шеренга нарушилась. Одна из обезьян, съежившись, чтобы увернуться от стрел, бросила щит на пылающую землю. Не обращая внимания на стрелявших в нее лучников, она пробежала по щиту, держа в руках дубину и копье.

За ней бросилось еще полтора десятка. С оглушительным визгом они преодолели огненное озеро, выбежали из ворот и лавиной ринулись на защитников. Оборонительный бой сменился невероятным штурмом. Враг двигался быстро. Катапульты не успевали.

— Не отступать! Стреляйте! Стреляйте в них!

Стрелы вонзались в огромные тела, но, судя по всему, причиняли не больше вреда, чем зубочистки. Почти не замечая их, обезьяны подскочили к стене, где чудовищ ждал передовой отряд, вооруженный копьями со сверкающими каменными наконечниками.

Просвистев в воздухе, одно из копий попало в бойницу для катапульты и вонзилось в грудь воина, уже готового выстрелить. Увидев, как наконечник вышел у парня из спины, Итирю прищелкнул языком.

Завязалось сражение. Защитники заграждения с трудом сдерживали пытавшихся прорваться обезьян, повсюду звучала брань и крики.

— Проклятье, луки не помогают!

— Взять мечи!

— Они что, не чувствуют боли?

Обезьяны без остановки отбрасывали заостренные бамбуковые палки, торчавшие из нижней части стены, и, отталкиваясь от каменного фундамента, взбирались вверх. К Итирю приближалась одна из них – с легкостью, очень странной для ее гигантского тела.

— Ах ты!..

Он схватил заготовленное копье и попытался ткнуть обезьяну сверху. Однако та ловко увернулась и ухватилась за древко. Она подняла голову, и их глаза встретились. Тут же Итирю почувствовал, как оружие с невероятной силой выдирают у него из рук. Оно отлетело в сторону.

Не успел он удивиться, как обезьяна, не отводя от него взгляда, оттолкнулась от выступа в заграждении и подпрыгнула на высоту глаз Итирю. От изумления он вскрикнул и отступил, а она через секунду оказалась на его месте. Стена была неширокой, и ятагарасу с обезьяной оказались лицом к лицу.

— Проклятье! Сгинь, чудище!

Итирю мгновенно выхватил меч и ударил врага, но лезвие лишь скользнуло по толстой меховой шкуре и, кажется, отскочило – он не почувствовал, что оно вонзилось в плоть. Чтобы длиная ручища не ухватила его, Итирю мгновенно пригнулся. Над головой просвистел воздух – да эти существа сами себе оружие!