Книга Судьбы мертвых, страница 141 – Тесия Цай

Но я знала, что эти полные надежды мысли только отвлекали меня от боли в груди. У меня было такое чувство, что мои ребра треснули и обрушились, пронзая легкие, которые должны были защищать. «Я не могу дышать, – кричал мой разум. – Как ты можешь так со мной поступать?»

Но я устала от якоря, который обмотала вокруг своей же щиколотки, – он держал меня в ловушке на дне глубокого и одинокого озера. Я устала от страха, вины, нужды все контролировать. Я устала тонуть. Поэтому заглушила голос в своей голове, который так боялся, что меня никогда не будет достаточно, что я никогда не буду делать достаточно. И я сделала то, на что не считала себя способной.

Я вдохнула. И отпустила.

Когда воздух хлынул в мои легкие, а разум медленно вернулся в мир яви, я почувствовала руки, баюкавшие мою голову. Кто-то плакал. Слезы струились прочь с моей щеки и скатывались в волосы.

Были и другие звуки – тяжелое дыхание, перемежавшееся возгласами раздражения. Шуршание обуви по гравию. Пение сталкивавшихся друг с другом мечей.

Однако мое сознание не сразу отозвалось на опасность этих звуков.

Я разлепила глаза, сощурившись от солнца, наполовину скрытого склоненной надо мной головой. Наконец я узнала искаженное скорбью лицо Жэня, и у меня екнуло в груди.

Я уже видела его в унынии. Видела вспышки гнева, раздражения, боли. Но я никогда не видела, чтобы он плакал. Он всегда слишком хорошо скрывал свои заботы за природной жизнерадостностью. О которой, судя по всему, сейчас полностью позабыл.

Обида, сковавшая нас во время последнего разговора, внезапно пропала, и я снова захотела услышать его смех.

— Жэнь, – прошептала я. Глаза жгло.

Он смахнул слезы и пораженно уставился на меня. Пальцы его скользнули по моей щеке, дрожащие и испачканные кровью – моей кровью. Это было что-то новенькое: я привыкла к тому, что побит он. Сейчас мы будто поменялись ролями.

— Сиин? – задохнулся он, обхватывая руками мои плечи и подтягивая меня ближе. – Хвала Небу – я думал, что потерял тебя.

— Пока нет, – прохрипела я.

Он отклонился назад, осматривая меня и тревожно нахмурив лоб:

— Как… как ты себя чувствуешь?

Когда мой разум пришел в себя, тело последовало его примеру. Я осознала острую боль в виске, будто кто-то ударил меня молотком. Бедро и ребра тоже ныли, и я чувствовала на теле жжение открытых ран.

— Как мертвая, – пробормотала я. – Что произошло?

Позади него продолжались звуки боя, но я не видела, что там творится.

— Ты ударилась головой о край веранды, – ответил Жэнь полным боли голосом. Он прислонился своим лбом к моему, и кожа его была мягкой и теплой. Жидкий солнечный свет заполнил низ моего живота. – Это длилось всего минуту, но ты не дышала, и было столько крови, и… О боги, я правда думал, что ты умерла. Мне так жаль, Сиин. Это все я виноват. Надо было слушать тебя. Надо было доверять тебе. А теперь…

— Я все еще здесь, – сказала я, уставившись на невозможно синее небо, выглядывавшее между карнизами двора. – И ты пришел сюда. Пришел в поисках своего брата.

— Меня захватили в плен.

— Но теперь ты здесь. И ты – ты должен покончить с этим, Жэнь.

Он подвинулся, чтобы снова встретиться со мной взглядом:

— Я не готов.

В этих тихих словах я услышала себя, возражавшую против несправедливости жизни. Но никто не обещал, что жизнь будет справедлива. Как и смерть. Мы можем лишь верить в то, что нам хватит сил, чтобы выжить.