Книга Курс 1. Февраль. 18+ (с иллюстрациями), страница 102 – Гарри Фокс

Внутри было тихо. Слишком тихо.

Обычно в это время здесь слышались голоса, смех, топот ног — кто-то спешил на лекции, кто-то возвращался. Но сейчас общежитие встретило меня гробовой тишиной. Даже старые часы в холле, которые вечно отставали, словно замерли.

Я подошёл к лестнице и начал подниматься. На втором этаже воздух стал тяжелее. Я списал это на свою слабость — после разговора с ректором и болезни я чувствовал себя выжатым. Но чем выше я поднимался, тем отчётливее понимал: дело не во мне.

На третьем этаже я остановился.

Воздух изменился. Он стал липким, вязким, будто я пытался дышать сквозь патоку. Каждый вдох давался с трудом, и в груди разрастался холодный, щемящий страх. Этот воздух был пропитан чем-то чуждым. Чем-то, что не имело ничего общего с магией, которую я знал.

Я почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом.

— Злыдень… — прошептал я и рванул вверх по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки.

Сердце колотилось где-то в горле. В ушах шумела кровь. Я не знал, что происходит, но каждая клетка моего тела кричала об опасности. Я вылетел на свой этаж и замер.

Картина, открывшаяся передо мной, выбила воздух из лёгких.

Вся стена стеклянных окон, выходящих во внутренний двор, исчезла. Осколки ещё сверкали в воздухе, медленно падая на пол, словно время замедлилось. В проёмах гулял ледяной ветер, врываясь в коридор и смешиваясь с той липкой, чужой вязкостью, которая висела в воздухе.

А затем я увидел их.

Рыцари Империи. Четверо. В полных доспехах, с гербами на плащах. Их тела, искореженные и безжизненные, ещё секунду назад парили в воздухе, а теперь стремительно падали вниз, в сугробы, которые намело у стен академии. Я услышал глухие удары — один, второй, третий, четвёртый. Снег принял их, укрывая тяжёлые доспехи.

В коридоре повисла неестественная тишина.

И в этой тишине раздался голос. Женский. Мелодичный, но чужой, будто звучащий из другого мира.

— Эвелиасон бекомо мóрэ.

Слова прозвучали как заклинание, но я не узнал ни одного из них. Это был не древний язык магов, не наречие эльфов — это было что-то иное, древнее и пугающее.

Дверь моей комнаты медленно отворилась.

Из неё вышла Оливия.

Она двигалась плавно, словно не касаясь пола. На её плече, как ни в чём не бывало, сидела Злыдень. Виверна смотрела на меня своими янтарными глазами, и в них не было страха. Только спокойствие. Но я смотрел не на неё.

Я смотрел на Оливию.

Вокруг неё струилась аура. Она переливалась тёмными, глубокими оттенками — фиолетовым, багровым, чёрным. От неё исходил холод, но не тот, к которому я привык как маг льда. Это был другой холод — пустота, отсутствие всего. Аура пульсировала, жила своей жизнью, и в ней не было ни капли той магии, которую я знал. Это была не магия этого мира.

Я не мог пошевелиться. Не мог дышать.

— Я вижу тебя, — раздался хриплый мужской голос у меня за спиной.

Я медленно обернулся.

Передо мной стоял… кто-то. Я не мог назвать это человеком. Высокая фигура, закутанная в рваный плащ, скрывающий очертания тела. На лице — маска. Оленья маска, сделанная из почерневшего дерева, с пустыми глазницами, из которых горели два хищных, жёлтых глаза. Они смотрели на меня с голодом. С желанием.

Я хотел отступить, но не мог. Мои ноги приросли к полу. Воздух вокруг меня сгустился, став ещё плотнее, ещё липче. Я попытался вдохнуть, но лёгкие наполнились чем-то тяжёлым и холодным.